НАСЛЕДОВАНИЕ ПО ЗАВЕЩАНИЮ

ГЛАВАIV

§ 1. Свобода завещания и условия ее осуществления

В условиях буржуазного общества, как указывал К. Маркс в письме к Лассалю от 22 июля 1861 г., свобода завещания наиболее соответствует сущности свободной конкуренции и основанного на ней общества¹. Принцип свободы завещания в буржуазном обществе является, по словам К. Маркса, «произвольным и суеверным преувеличением даже самого принципа частной собственности». Предоставляя частному собственнику свободу распоряжения всем накопленным им в течение жизни имуществом, буржуазное право содействует росту имущественного неравенства и концентрации капиталистической частной собственности в руках отдельных лиц.

В упомянутом письме к Лассалю К. Маркс дает объяснение и самому понятию свободы завещания: «...под «свободой завещания» я понимал не свободу оставлять [или не оставлять] завещание, а свободу составлять его, нисколько не считаясь с семьей». Таким образом, дело не только в том, что частный собственник по своему усмотрению определяет судьбу принадлежащего ему имущества, а в том, что он вправе ничего не оставить членам своей семьи.

В другом письме к Лассалю, от 11 июня 1861 г., Маркс указывает и причины, приведшие к господству принципа свободы завещания: «Абсолютная свобода завещания (благодаря которой ни один англичанин или янки не обязан оставлять своей семье хотя бы один фартинг) установилась со времени буржуазной революции 1688 г. и развивалась в той мере, в какой в Англии развивалось «буржуазное» богатство»».

В то же время безграничная свобода завещания может затронуть интересы буржуазной семьи. Отсюда попытки некоторых буржуазных законодательств (Франция и др.) ограничить свободу завещательных распоряжений установлением известного компромисса между принципом свободы завещания, предоставляющим частному собственнику по своему усмотрению определить судьбу принадлежащего ему имущества, и ограничением этого принципа в интересах семьи наследодателя путем установления института обязательной доли.

Однако условия буржуазного общества не позволяют разрешить противоречие между принципом свободы завещания и ограничением этого принципа в интересах семьи наследодателя. Чем больше закон ограничивает свободу завещателя в интересах его семьи, тем больше стесняются его личная инициатива и предприимчивость как капиталиста. С другой стороны, установление обязательной доли в наследстве в пользу членов семьи нередко весьма пагубно отражается и на многих частных хозяйствах, приводит к их дроблению, что в ряде случаев даже заставляет мелких собственников искусственно ограничивать деторождение (французское крестьянство).

Хотя в отдельных штатах США и в Англии за последнее время и установлены некоторые ограничения завещательной свободы, но все же право США и английское право в принципе не ограничивают произвола завещателя. Для права этих стран характерно непризнание ими института обязательной наследственной доли.

На принципиально иных началах решается проблема свободы завещания в социалистическом обществе.

В СССР ликвидирована капиталистическая система хозяйства и отменена частная собственность на орудия и средства производства. Безраздельно господствует социалистическая собственность на орудия и средства производства. На основе социалистической собственности возникла и получила развитие личная собственность граждан, исключающая эксплуатацию чужого труда. При этих условиях в СССР нет почвы для возникновения идеи о неограниченной свободе завещания, являющейся одним из проявлений «свободы» частного собственника.

Советское законодательство, гарантируя гражданину свободу распоряжения принадлежащей ему личной собственностью, созданной его личным трудом и не могущей быть источником эксплуатации чужого труда, предоставляет гражданину возможность распорядиться личной собственностью и на случай своей смерти: путем выраженной в завещании воли определить судьбу принадлежащего ему имущества.

Гражданин вправе, составив завещание, указать в нем, кому из членов его семьи или других близких ему лиц должны после его смерти перейти принадлежавшие ему сбережения, предметы домашней обстановки и обихода, жилой дом и т. д. Но вместе с тем советское законодательство устанавливает и известные условия осуществления завещательной свободы, основанные на принципе сочетания личных интересов с интересами общественными.

Согласно ст. 422 ГК, «каждый гражданин может по завещанию оставить все свое имущество или часть его одному или нескольким лицам из числа упомянутых в ст. 418, а также государственным органам и общественным организациям.

Однако завещатель не может лишить своих несовершеннолетних детей и других нетрудоспособных наследников доли, которая причиталась бы им при наследовании по закону.

При отсутствии лиц, указанных в ст. 418, имущество может быть завещано любому лицу».

Таким образом, условия осуществления гражданином завещательной свободы находятся в зависимости от наличия того или иного круга наследников по закону.

В своей диссертации «Свобода завещания и ее границы по советскому гражданскому праву» А. А. Файнштейн, проанализировав ст. 422 ГК, пришел к следующим выводам:

«1. Когда все наследники по закону - лица, имеющие право на обязательную наследственную долю, то завещатель не вправе ни в какой мере изменять установленный законом порядок.

В этом случае свобода завещания полностью отсутствует.

2. Когда все наследники по закону не имеют права на обязательную наследственную долю, завещатель вправе передать все свое имущество одному или нескольким из них, а равно завещать его государственным или общественным организациям, целиком или частично лишая наследства своих наследников по закону.

В этом случае свобода завещания ограничена тем, что наследодатель не вправе сделать своими наследниками по завещанию посторонних лиц, не указанных в ст. 418 ГК РСФСР.

3. Когда одни наследники по закону имеют право на обязательную наследственную долю, а другие такого права не имеют, то наследодатель вправе распоряжаться лишь той частью наследства, которую получили бы при наследовании по закону наследники, не имеющие права на обязательную наследственную долю.

В этом случае свобода завещания ограничена как тем, что наследодатель вправе завещать свое имущество лишь наследникам по закону, а также государственным или общественным организациям, так и тем, что он не имеет права уменьшить своим завещанием обязательную наследственную долю, причитающуюся необходимым наследникам.

4. Когда у наследодателя совершенно отсутствуют наследники по закону, он вправе завещать свое имущество государственной или общественной организации, а также любому постороннему физическому лицу.

В этом случае его свобода завещания ничем не ограничена».

В связи с этими выводами А. А. Файнштейна надо прежде всего указать, что правильнее говорить не о «границах» свободы завещания, а об условиях осуществления свободы завещания. Действительно, о каких «границах» свободы завещания может идти речь, когда завещатель вообще не вправе ни в какой мере изменить установленный законом порядок, как это происходит в том случае, когда все наследники по закону являются лицами, имеющими право на обязательную наследственную долю.

Правило советского законодательства, всемерно охраняющего интересы наследников, имеющих право на обязательную наследственную долю, -несовершеннолетних детей и других нетрудоспособных наследников наследодателя - имеет огромное не только материальное, но и моральное значение. Оно обусловлено социалистической системой нашего хозяйства, обеспечивающей каждому гражданину право на труд, равно как и возлагающей на него обязанность трудиться, уничтожением эксплуатации человека человеком, а также принципом социалистического гуманизма.

В СССР проводится широкая система мероприятий по материальному обеспечению лиц, утративших трудоспособность.

Утратившие трудоспособность рабочие и служащие получают материальное обеспечение в порядке государственного страхования и социального обеспечения, члены промысловых артелей - в порядке взаимного страхования и взаимопомощи, колхозники - от касс общественной взаимопомощи колхозов или непосредственно от колхозов за счет образуемых в них фондов помощи.

В систему материального обеспечения в связи с утратой трудоспособности входят и такие мероприятия, как трудоустройство инвалидов, их материально-бытовое и культурное обслуживание.

Но тем не менее обеспечение материального положения нетрудоспособных граждан достигается с большими трудностями, нежели граждан трудоспособных. Стремясь к всемерному обеспечению интересов нетрудоспособных граждан, советское право в качестве дополнительного источника их материального обеспечения привлекает имущество умершего гражданина, устанавливая правило, по которому нетрудоспособные граждане при известных условиях приобретают право на получение обязательной доли в наследстве.

Советское право воспрещает гражданину лишать несовершеннолетних детей (как правило, нетрудоспособных) и других нетрудоспособных наследников той доли в наследстве, которая причиталась бы им при наследовании по закону, устанавливая недействительность таких завещательных распоряжений как нарушающих интересы советской семьи и противоречащих правилам социалистической морали.

Но в тех случаях, когда только некоторые из наследников по закону имеют право на обязательную наследственную долю, закон предоставляет завещателю право свободно распорядиться той частью наследства, которая не причитается наследникам, имеющим право на обязательную наследственную долю. Однако все же в этом случае завещатель не может завещать эту часть имущества гражданину - постороннему лицу, но он вправе завещать ее кому-либо из наследников по закону, а также государственным или общественным организациям.

Не может завещатель завещать имущество постороннему лицу и в том случае, когда все наследники по закону не имеют права на обязательную наследственную долю. При наличии таких наследников по закону за завещателем сохраняется свобода завещания в том отношении, что он может одним наследникам по закону завещать больше, другим - меньше; вправе он также некоторых наследников лишить полностью той доли, которая причиталась бы им при наследовании по закону, завещав их доли другим наследникам по закону. В таких случаях путем завещания по существу происходит только перераспределение имущества, принадлежащего завещателю, между его наследниками по закону в ином порядке, нежели это предусмотрено нормой закона.

Но завещателю предоставляется право при наличии наследников по закону, не имеющих право на обязательную наследственную долю, завещать свое имущество государственным или общественным организациям. При этом завещатель вправе завещать все свое имущество этим организациям либо часть имущества завещать указанным организациям, а часть - наследникам по закону.

При отсутствии наследников по закону, перечисленных в ст. 418 ГК, гражданин вправе составить завещание и в пользу постороннего лица (гражданина, не входящего в круг наследников по закону). Разумеется, в этом случае за гражданином сохраняется право завещать свое имущество и государственной или общественной организации. Он может завещать все свое имущество соответствующей организации, либо завещать часть своего имущества организации, а часть - постороннему лицу, либо завещать все имущество постороннему лицу.

Но гражданин не вправе путем завещания предопределить порядок наследования для нескольких поколений, например завещать свое имущество гражданину Иванову с тем, чтобы после его смерти оно перешло в собственность гражданина Петрова, а после смерти последнего - к гражданке Васильевой и т. д. В противном случае наследник (в данном примере - гражданин Иванов) был бы ограничен в праве распоряжения перешедшим к нему имуществом, в частности - не имел бы права продавать его, завещать; не применялся бы и установленный законом порядок наследования по закону и т. д.

Таковы правила советского наследственного права о свободе завещания и об условиях ее осуществления.

§ 2. Понятие завещания

Завещанием признается распоряжение гражданина на случай смерти о своем имуществе, сделанное в установленной законом форме. Завещание делается на случай смерти. Этот признак является наиболее характерным для завещания. Но отсюда не следует все же, что всякое распоряжение гражданина на случай смерти об имуществе является завещанием. Например, при договоре страхования жизни в пользу третьего лица страхователь в письменном заявлении на имя Госстраха может указать то лицо или лиц, которым должна быть выплачена Госстрахом страховая сумма. Однако такое распоряжение страхователя на случай своей смерти не является завещанием. Это -договор в пользу третьего лица, заключаемый страхователем с Госстрахом в соответствии со ст. 140, 367, 374, 375 и другими статьями ГК РСФСР (и соответствующими статьями ГК других союзных республик).

Чтобы данное распоряжение гражданина на случай смерти могло быть признано завещанием, оно должно отвечать ряду признаков и быть совершено в форме, предписанной законом. Но если все условия, необходимые для действительности завещания, соблюдены, закон всемерно охраняет волю наследодателя.

Как указывается в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР, «действующее законодательство о наследовании ... охраняет волю наследодателя, если она не противоречит закону и выражена в установленной форме» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 23 января 1941 г. по делу № 45)¹.

Каковы же юридические признаки завещания, отличающие его от других распоряжений на случай смерти?

1. Завещание - односторонняя сделка (ст. 26 ГК): оно приобретает юридическую силу вследствие выражения воли одного лица - завещателя. Для действительности завещания не требуется, чтобы лица, указанные в нем в качестве наследников, дали при совершении завещания или позже - до момента смерти завещателя - свое согласие на назначение их наследниками. От них зависит впоследствии (после смерти завещателя) изъявить свою волю на принятие или на отказ от наследства. Но это будет уже самостоятельной сделкой с их стороны, сделкой - также односторонней.

Иногда говорят, что завещание является последней волей гражданина. Это не значит, что завещание обязательно должно составляться перед самой смертью завещателя. Оно может быть составлено и задолго до смерти завещателя. Закон предоставляет завещателю право по своему усмотрению в любой момент отменить или изменить сделанное им завещание, причем всякие сделки и оговорки, ограничивающие это право завещателя, должны считаться недействительными (ст. 10 ГК). Но, поскольку завещатель выразил в завещании законным образом свою волю и своего завещания не отменил и не изменил, выраженная им воля должна считаться его последней волей (хотя бы она была выражена и за много лет до его смерти).

2. Завещание является распоряжением на случай смерти. Это обстоятельство придает завещанию как сделке специфические особенности. При завещании правовые последствия, по общему правилу, возникают только с момента открытия наследства, т. е. с момента смерти завещателя (или признания его как безвестно отсутствующего умершим, что приравнивается к его смерти). Завещание совершено, но указанное в нем в качестве наследника лицо еще не приобрело права наследования; для этого требуется открытие наследства, т. е. смерть наследодателя и призвание данного лица к наследованию. Было бы все же неправильным полагать, что во всех случаях правовые последствия завещания возникают только со смертью завещателя. Это только общее правило, но еще при жизни завещателя составленное им завещание может иметь известные, хотя и ограниченные, правовые последствия; вновь составленное завещание может повлечь за собой отмену или изменение ранее составленного завещания (ст. 426 ГК). Однако основные правовые последствия завещания, конечно, реализуются только с открытием наследства (призвание наследников, переход к ним имущественных прав наследодателя и др.).

3. Поскольку завещание делается на случай смерти, в литературе завещание иногда относят к числу сделок, совершаемых под отлагательным условием. Мы считаем такой взгляд неправильным. Условием является некое обстоятельство, которое может наступить, но может и не наступить. Смерть же человека неизбежна, неизвестен только момент смерти. Поэтому смерть завещателя, в зависимости от которой реализуются правовые последствия завещания, не придает завещанию характера условной сделки. Не является завещание условной сделкой еще и потому, что условие всегда является дополнительным моментом в сделке, устанавливаемым соглашением сторон. От желания сторон зависит придание сделке условного характера. Но если стороны этого не сделают, то сделка будет иметь юридическую силу, хотя и не будет обладать условным характером. Так, купля-продажа, имущественный наем и другие договоры могут быть заключены со включением в договор тех или иных условий. Но, если стороны не поставят возникновение или прекращение договора в зависимость от наступления или ненаступления тех или иных условий, данный договор все же будет обладать надлежащей юридической силой, связывающей стороны, его заключившие. Завещание же может быть совершено только на случай смерти завещателя. Это обстоятельство является необходимым, а не случайным элементом завещания, который по желанию завещателя может быть включен или не включен в завещание. Упоминание в завещании, что оно составляется на случай смерти завещателя, вытекает из самого существа завещания, является его неотъемлемой частью и не может рассматриваться как отлагательное условие. Более точно было бы считать смерть завещателя сроком, который должен обязательно наступить, хотя и неизвестно, когда он наступит, сроком, от наступления которого зависят правовые последствия завещания как односторонней сделки, хотя, как мы видели, известные правовые последствия завещание может иметь еще и при жизни завещателя.

4. Завещание - сделка, непосредственно связанная с личностью завещателя (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 16 апреля 1952 г. по делу № 03/716). В завещании должна найти точное и полное выражение личная воля завещателя. Поэтому завещание может быть совершено только самим завещателем (§ 29 Положения о государственном нотариате РСФСР). Совершение завещаний через представителей, действующих по доверенности, - поверенных, или на основании закона - родителей, опекунов - по советскому праву не допускается.

5. Завещание является распоряжением гражданина о принадлежащем ему имуществе. Предметом завещательного распоряжения может быть любое имущество, принадлежащее завещателю, независимо от характера этого имущества (наличные деньги, облигации государственных займов, предметы домашней обстановки и обихода, жилой дом и т. п.) и от его местонахождения (в городе или сельской местности, в месте жительства завещателя или в ином месте). Но предметом завещательного распоряжения не могут быть такие имущественные права, которые гражданин не вправе уступить другому лицу и при жизни. Нельзя, например, завещать принадлежащее данному гражданину право на получение алиментов; нельзя члену колхозного двора (если он не является последним представителем двора) завещать свою долю в дворе и т. д.

Распоряжение об имуществе составляет основное содержание завещания. Но в завещании могут быть и некоторые распоряжения неимущественного характера (например, о месте похорон завещателя, о возложении на кого-либо из наследников обязанности по приведению в порядок рукописей, оставленных завещателем, и др.).

Однако распоряжение гражданина на случай смерти, не содержащее вовсе указаний о его имуществе, не может считаться завещанием, например, распоряжение отца о характере воспитания его детей на случай его смерти, о взаимоотношениях детей друг с другом и т. д. Такое распоряжение может иметь для лиц, которым оно адресовано, моральную силу, но не явится завещанием в том смысле, как его понимает закон.

6. Завещание - сделка, которая для своей действительности требует обязательного соблюдения установленной законом формы. Поскольку исполнение завещания может последовать только после смерти завещателя, когда восполнить недостаток формы завещания уже невозможно, несоблюдение формы завещания неизбежно приводит к недействительности завещания¹.

Согласно ст. 425 ГК, завещание должно быть подписано завещателем и представлено в нотариальный орган для нотариального удостоверения. Таким образом, закон признает в качестве общей и основной формы завещания завещание письменное, нотариально удостоверенное. Завещание, хотя бы и письменное, но составленное домашним порядком без участия нотариуса, не допускается. Не допускаются и так называемые устные завещания, совершенные не на письме, а на словах. Тем не менее эти совершенно ясные правила ст. 425 ГК (и соответствующих статей ГК других союзных республик) на практике иногда нарушаются. Бывают случаи, когда народные суды выносят решения, признающие силу за распоряжениями наследодателя, подтверждаемыми только свидетелями, либо за завещаниями, нотариально не удостоверенными. Вышестоящим судебным инстанциям приходится отменять такие решения. Так, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 1 июля 1950 г. по делу № 36/681 указывается: «Народный суд и Верховный суд АзССР, признавая за истцами право собственности на спорное домовладение, исходили из того, что дом завещал истцам Кишаров Аршак, который являлся сыном истицы, Кишаровой Шушаник, и дядей истца - Саркисова Юрия. Между тем названное завещание не могло быть признано действительным, так как оно в нарушение ст. 495 ГК АзССР не удостоверено нотариальной конторой».

Законодательством некоторых союзных республик (УССР, БССР, Грузинской ССР) обязательное нотариальное удостоверение завещания установлено под страхом недействительности завещания. Статья 425 ГК такого указания не содержит. В то же время, согласно ст. 29 ГК, несоблюдение требуемой законом формы влечет за собой недействительность сделки лишь в том случае, когда такое последствие несоблюдения формы прямо указано в законе. Однако судебная практика РСФСР относит завещание к таким сделкам, в которых форма составляет «существенную часть сделки и отсутствие ее делает всю сделку порочной...» (Инструктивное письмо ГКК Верховного суда РСФСР, 1927 г., № 1)¹. Инструкция по применению Положения о государственном нотариате РСФСР от 2 февраля 1948 г. относит завещания к числу сделок, подлежащих обязательному нотариальному удостоверению (§ 27).

Кроме письменного нотариально удостоверенного завещания, которым граждане могут пользоваться в любых случаях, советским законодательством установлены для определенных случаев некоторые особые формы письменных завещаний (см. далее, § 5).

7. Завещание не должно содержать в себе распоряжений, противных закону или сделанных в обход закона, либо направленных к явному ущербу для государства (ст. 30 ГК). Примером противозаконного завещания может служить завещание, в котором гражданин назначает своего сына наследником земельного участка, предоставленного гражданину под жилой дом, поскольку такого рода распоряжения нарушают законодательство о национализации земли и о запрещении сделок с землей (ст. 6 Конституции СССР, ст. 21 ГК и др.). В обход закона будет совершено завещание, по которому наследнику, имеющему право на обязательную долю в наследстве, эта доля назначается формально полностью; в действительности же наследник должен получить менее обязательной доли, так как оценка имущества в долях других наследников установлена ниже действительной стоимости.

Случаи завещаний, содержащих в себе распоряжения, противные закону или сделанные в обход закона, либо направленные к явному ущербу для государства, естественно, могут встречаться только как исключение. Но, если бы такое распоряжение было завещателем сделано, нотариус обязан потребовать исключения такого распоряжения из текста завещания, а при отказе завещателя сделать это - отказать в удостоверении завещания.

§ 3. Кому принадлежит право на составление завещания

Завещателем может быть всякий дееспособный, т. е. достигший совершеннолетия (18 лет) гражданин, который может вполне сознательно относиться к существу делаемых им завещательных распоряжений. Поэтому не могут совершать завещания лица недееспособные и ограниченные в дееспособности. В связи с этим, поскольку все сделки за малолетних (не достигших 14 лет) и от их имени совершают их законные представители - родители, усыновители, опекуны, - завещания не должны совершаться лично завещателем, завещания малолетних не допускаются.

Спорным является вопрос о возможности совершения завещаний несовершеннолетними (в возраста от 14 до 18 лет).

Случаи, когда бы несовершеннолетние имели намерение составить завещание, естественно, могут встречаться только как исключение. Поэтому вопрос о завещаниях несовершеннолетних не должен был бы привлекать к себе особого внимания. И если мы останавливаемся здесь на этом вопросе, то только потому, что он уже был затронут некоторыми советскими юристами, решавшими его, как нам кажется, неправильно. По мнению этих юристов, за несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет должно быть признано право совершать завещания. В обоснование этого взгляда были выдвинуты следующие соображения: поскольку несовершеннолетние (в возрасте от 14 до 18 лет) вправе распоряжаться имуществом, которое они приобрели на свои личные заработки, то они могут совершать завещания в отношении имущества, приобретенного их трудом.

Мы думаем, что ст. 9 ГК, на которую ссылаются сторонники этого мнения, толкуется ими слишком широко. Статья 9 ГК предоставляет несовершеннолетним право самостоятельно использовать в потребительских целях полученный ими трудовой заработок (приобретать продукты питания, одежду и т. д.). Но совершать сделки в отношении принадлежащего им имущества несовершеннолетние могут только с согласия своих родителей, усыновителей или попечителей, что неприменимо к завещанию, являющемуся, как выше указывалось, сделкой, непосредственно связанной с личностью завещателя, сделкой, в которой должна найти точное и полное выражение личная воля завещателя, свободная от чьего-либо влияния. К тому же у гражданина, не достигшего 18 лет, полной сознательности к существу совершаемых завещательных распоряжений может и не быть.

Исходя из этих соображений, мы считаем, что гражданам, не достигшим 18 лет, не принадлежит право составлять завещания. Практически же вопрос о составлении несовершеннолетними завещания вообще может возникнуть в исключительных случаях.

Завещания могут совершаться только дееспособными; лица, объявленные соответствующими учреждениями недееспособными вследствие душевной болезни или слабоумия (хотя бы и совершеннолетние), не могут выступать в роли завещателей.

Должны быть также признаны недействительными завещания лиц, формально дееспособных, но находившихся при совершении завещания в таком состоянии, что они не могли понимать значения своих действий, например, в силу болезненного состояния (ст. 31 ГК). В таких случаях необходима соответствующая медицинская экспертиза. Если медицинской экспертизой будет установлено, что данный гражданин при совершении им завещания находился в состоянии невменяемости, завещание должно быть признано судом недействительным.

Гражданин, совершающий завещание, должен обладать дееспособностью в момент совершения завещания. Поэтому если завещание было составлено недееспособным, то такое завещание будет недействительным, хотя бы впоследствии гражданин стал дееспособным (например, душевнобольной выздоровел). И наоборот, потеря гражданином дееспособности после составления им завещания, например, вследствие психического заболевания, не лишает завещание юридической силы.

Совершение завещаний совместно несколькими лицами не допускается. Завещание может быть составлено только одним лицом. Поэтому не могут, например, отец и мать одним завещанием завещать свое общее имущество, нажитое в браке, своим детям. Но каждый из них может в отдельно составленном завещании распорядиться принадлежащей ему долей в общем имуществе, равно как и лично ему принадлежащим (раздельным) имуществом.

Не допускаются и такие совместные завещания, в которых каждый из завещателей назначает своим наследником другого завещателя.

§ 4. Кто может быть назначен наследником по завещанию

Вопрос о том, кто может быть назначен наследником по завещанию, определяется Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию».

Согласно ст. 2 Указу от 14 марта 1945 г. и приведенной в соответствие с Указом ст. 422 ГК (и соответствующим статьям ГК других союзных республик), завещатель может назначить своими наследниками:

1) всех тех лиц, которые могут быть наследниками по закону; 2) государственные органы и общественные организации; 3) любых граждан при отсутствии наследником по закону.

Таким образом, Указ от 14 марта 1945 г. устанавливает три группы наследников по завещанию.

В соответствии со ст. 418 ГК, в первую группу входят дети, внуки, правнуки, усыновленные с их потомством, переживший супруг, родители, братья и сестры наследодателя, а также нетрудоспособные лица, находившиеся на иждивении наследодателя не менее года до его смерти. Завещатель вправе завещать все свое имущество или часть его любому из этих лиц, не считаясь с очередностью их призвания по закону. Такой вывод вытекает из содержания ст. 422 ГК, предоставляющей гражданину право оставить по завещанию свое имущество одному или нескольким лицам из числа упомянутых в ст. 418 ГК; в статье же 418 ГК упомянуты все перечисленные выше наследники по закону. Поэтому гражданин вправе, например, завещать свое имущество внукам, минуя дочь или сына, или завещать имущество сестре при наличии трудоспособных родителей.

Переходим ко второй группе наследников по завещанию. Прежде всего нужно установить, кого имеет в виду закон под государственными органами и общественными организациями.

Под государственными органами, которым гражданин может завещать свое имущество, надлежит понимать любые государственные учреждения, предприятия и организации (министерства, советы депутатов трудящихся, университеты, научно-исследовательские институты, заводы и т. д.). Не обязательно, чтобы данное государственное учреждение или предприятие пользовалось правами юридического лица.

Хотя ст. 422 ГК не говорит о возможности завещать имущество непосредственно государству, но, тем не менее, нет оснований отказывать в этом гражданину. Гражданин может не знать, к какому государственному органу должно поступить завещанное им имущество; государство же всегда даст надлежащие указания о наиболее целесообразном использовании завещанного имущества. В юридическом отношении затруднений возникнуть при этом не может, поскольку, как правильно отмечалось в нашей литературе, государство все равно становится собственником завещанного имущества как в

том случае, когда оно завещано непосредственно государству, так и в том случае, когда оно завещано одному из его органов¹.

Что касается общественных организаций, в пользу которых может быть сделано завещание, то под ними надо понимать партийные и профессиональные организации, колхозы и другие кооперативные организации, организации молодежи, спортивные и оборонные организации, культурные, технические и научные добровольные общества. Но нельзя завещать имущество церкви (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 23 октября 1947 г. по делу № 1068).

Действительно ли завещание в пользу несуществующего к моменту открытия наследства государственного органа или общественной организации? Ответа на этот вопрос в ГК мы не находим.

Статья 423 ГК предоставляет гражданину право при завещании имущества государственным органам или общественным организациям указать определенную цель, на которую должно быть употреблено завещанное имущество. Так например, гражданин может указать в завещании, чтобы принадлежащая ему библиотека после его смерти была передана тому научному учреждению, в котором он работал, определенная денежная сумма - месткому или кассе взаимопомощи этого учреждения, и т. д. В этих случаях гражданин определяет в завещании целевое назначение имущества, завещанного им существующим государственным органам или общественным организациям. Если же гражданин сделает завещательное распоряжение в пользу еще не существующих или уже не существующих государственных или общественных организаций, указав при этом определенную цель, на которую должно быть употреблено завещанное имущество, то государство может само решить, как надлежит использовать это имущество с соблюдением желания завещателя. И если государство и не признает целесообразным создание новой организации, которой должно быть передано завещанное имущество, то государство может передать это имущество уже существующей государственной или общественной организации, которая по осуществляемым ею целям ближе всего подходит к той организации, которую имел в виду завещатель.

Признание завещания недействительным и, следовательно, переход наследственного имущества к наследникам по закону только потому, что указанная завещателем организация к моменту открытия наследства не существует (еще не возникла или уже прекратила свое существование), было бы, с нашей точки зрения, неоправданным.

При наличии наследников по закону гражданин вправе завещать часть имущества всем или кому-либо из этих наследников, а другую часть - государству, государственным органам либо общественным организациям. Но он может завещать все свое имущество государству, государственным органам или общественным организациям, устранив таким образом всех наследников по закону. В этом отношении советское законодательство никаких ограничений не устанавливает и по вполне понятным соображениям, поскольку в данном случае гражданин руководствуется общественным интересом (об ограничении в свободе завещания при наличии несовершеннолетних детей и других нетрудоспособных наследников см. далее, § 8).

Теперь следует остановиться на последней группе возможных наследников по завещанию - гражданах, не являющихся наследниками по закону.

Согласно ч. 3 ст. 422 ГК при отсутствии лиц, указанных в ст. 418 ГК, имущество может быть завещано любому лицу. Таким «любым» лицом может быть всякий гражданин, не входящий в круг наследников по закону; им может быть и более дальний родственник завещателя, и лицо, не являющееся его родственником. Закон говорит о «любом» лице в единственном числе (ст. 422), но наследниками может быть назначено и несколько «любых» лиц. Однако пока у завещателя имеется хотя бы один наследник из числа упомянутых в ст. 418 ГК, завещание, составленное в пользу гражданина, не входящего в круг наследников по закону (постороннего лица), не может иметь юридической силы, является недействительным. Но нет препятствий к тому, чтобы при отсутствии наследников по закону имущество было завещано в одной части государственному органу или общественной организации, а в другой части - постороннему лицу.

В связи с возможностью составления завещания в пользу постороннего лица возникает вопрос, на какой же момент должно быть установлено отсутствие у завещателя наследников по закону. На момент ли совершения завещания или на момент открытия наследства? Ведь с момента совершения завещания и до момента открытия наследства могут произойти значительные изменения в семейном положении завещателя. У него могли быть, например, близкие родственники или иждивенцы ко времени составления завещания в пользу постороннего лица, но к моменту открытия наследства их уже не оказывалось в живых, и, наоборот, ко времени составления завещания завещатель был одиноким человеком, не имевшим ни жены, ни близких родственников, а затем он женился, у него родились дети. В первом случае завещание, составленное в пользу постороннего лица, очевидно, должно быть признано действительным, во втором же случае - утратившим силу. Решающее значение в данном случае имеет отсутствие у завещателя наследников по закону не на момент составления завещания, а на момент открытия наследства. В таком смысле и дал разъяснение Пленум Верховного суда СССР в своем постановлении от 20 июня 1947 г. «О применении Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» и других вопросах наследования» (п.6).

По своей юридической природе завещание, составленное в пользу постороннего лица при наличии у завещателя на момент составления завещания наследников по закону, является односторонней сделкой, правовые последствия которой зависят одновременно от наступления срока - момента смерти завещателя и осуществления отрицательно-отлагательного условия -отсутствия у завещателя наследников по закону к моменту открытия наслед-ства.

Итак, если к моменту открытия наследства у завещателя наследников по закону не окажется, то завещание в пользу постороннего лица имеет надлежащую юридическую силу. При наличии же у завещателя наследников по закону и изъявленного ими в установленный срок желания принять наследство такое завещание свою силу утрачивает.

Более сложным является решение вопроса о силе завещания в пользу постороннего лица в том случае, если при наличии у завещателя наследников по закону никто из них не пожелает принять наследство (заявит формальный отказ от наследства или просто не явится в установленный срок). Часть 3 ст. 422 допускает возможность завещания в пользу постороннего лица на случай отсутствия лиц, перечисленных в ст. 418 ГК (наследников по закону), но не на случай их отказа от наследства или неявки в установленный шестимесячный срок. Поэтому, по буквальному смыслу ст. 422 ГК, в случае отказа наследников от наследства по закону или их неявки в установленный срок наследственное имущество, завещанное в пользу постороннего лица, должно быть признано выморочным, а завещание в пользу постороннего лица - недействительным.

Однако такой вывод расходился бы с общим духом действующего законодательства (Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 12 июня 1945 г., Указ Президиума Верховного Совета Грузинской ССР от 28 мая 1945 г. и Указы Президиумов Верховных Советов других союзных республик), всемерно охраняющего законную волю завещателя и оберегающего интересы членов его семьи и других близких ему лиц, но не ставящего своей целью расширение круга случаев перехода к государству наследственного имущества в качестве выморочного и даже сократившего число таких случаев. Поэтому мы думаем, что, поскольку в данном случае эти интересы не

затрагиваются, нет оснований к невыполнению воли завещателя и к признанию наследственного имущества выморочным¹.

В связи с возможностью назначения наследником по завещанию любого лица в практике возникает вопрос о действительности так называемых смешанных завещаний, т. е. таких завещаний, по которым часть наследственного имущества завещается наследникам по закону, а часть - посторонним («любым») лицам. При желании завещателя совершить такое завещание в РСФСР нотариусы обычно предлагают завещателю назначить наследником наследника по закону, а постороннее лицо - в порядке ст. 424 ГК - подназначить наследником на случай смерти наследника до открытия наследства или непринятия им наследства². Предлагается также иногда в таких случаях назначить законными наследниками только наследников по закону. Мы думаем все же, что нет серьезных оснований к недопущению смешанных завещаний. Как уже указывалось, действительность завещания определяется на момент открытия наследства. Если к этому моменту будут находиться в живых назначенные наследниками по завещанию лица, входящие в круг наследников по закону, и постороннее лицо, то завещание, в соответствии со ст. 37 ГК, должно быть признано недействительным не целиком, а только в части, касающейся назначения наследником постороннего лица³. Доля в наследстве, предназначенная по завещанию этому лицу, поступает к законному наследнику, назначенному наследником по завещанию, если кроме него нет других законных наследников; если

же такие законные наследники имеются, то эта доля перейдет ко всем наследникам по закону (ст. 419 ГК). Таким образом, в данном случае лицо, входящее в круг наследников по закону, назначенное наследником по завещанию, сохранит за собой долю, назначенную ему завещателем. Доля же, предназначенная постороннему лицу, поступит к наследникам по закону; причем, если единственным наследником по закону окажется наследник, назначенный в завещании, то он получит все наследственное имущество; если же кроме него окажутся и другие наследники по закону, то эта доля будет поделена между наследниками по закону ближайшей очереди, в числе которых может оказаться и наследник по завещанию. Например, наследниками по завещанию были назначены супруг завещателя и постороннее лицо. Оба они были в живых к моменту открытия наследства. Кроме того, к моменту открытия наследства в живых оказались еще два взрослых сына завещателя и его брат. Доля постороннего лица перейдет к наследникам по закону первой очереди, т. е. к двум взрослым сыновьям и супругу; брат завещателя, как наследник по закону третьей очереди, не будет призван к наследованию.

Возможен и такой случай, когда при назначении наследниками по завещанию одновременно наследника по закону и постороннего лица наследник по закону, назначенный наследником по завещанию, уже не будет находиться в живых к моменту открытия наследства, а других наследников по закону у завещателя не окажется. Какова будет судьба части имущества, предназначенной завещанием наследнику по закону? Поступит ли она к наследнику по завещанию - постороннему лицу - или перейдет к государству в качестве выморочного имущества? Поскольку единственный наследник по закону отпал еще до открытия наследства, предназначавшаяся ему часть имущества завещателя должна рассматриваться как оставшаяся вне завещательных распоряжений и, следовательно, из-за отсутствия наследников по закону должна перейти к государству. Но постороннее лицо, назначенное наследником по завещанию, в указанном случае сохранит за собой выделенную ему по завещанию долю наследства.

§ 5. Формы завещания

Выше мы указывали, что общей, основной формой завещания является письменное, нотариально удостоверенное завещание. В РСФСР порядок совершения завещания регулируется Положением о государственном нотариате РСФСР и Инструкцией Министерства юстиции РСФСР по его применению от 2 февраля 1948 г. Здесь мы считаем возможным ограничиться изложением самых общих положений, касающихся порядка составления и удостоверения завещаний¹.

Из текста ст. 425 ГК как будто следует, что завещатель должен всегда сам составлять проект завещания и, подписав его, представлять в нотариальную контору для удостоверения. Но завещание может быть составлено в нотариальной конторе нотариусом со слов завещателя. В некоторых же случаях (например, при инвалидности завещателя или его тяжелой болезни, препятствующих завещателю лично явиться в нотариальную контору) завещатель может вызвать к себе нотариуса на дом или в больницу для составления и удостоверения завещания (§ 4 Инструкции Министерства юстиции РСФСР по применению Положения о государственном нотариате РСФСР).

Закон не требует, чтобы завещание было обязательно перепечатано на пишущей машинке. Оно может быть написано чернилами от руки. Но завещание должно быть составлено в двух тождественных экземплярах.

В нотариальных конторах для удобства граждан имеются примерные формы завещаний. Но граждане при составлении завещания не обязаны текстуально придерживаться этих примерных форм (хотя нотариусы иногда и требуют этого).

Нотариус обязан проверить самоличность завещателя, а также его дееспособность. Но нотариус не проверяет правоспособности завещателя, как неточно указывают авторы работы «Наследование и нотариат». Уголовным кодексом РСФСР предусмотрена возможность лишения гражданина политических и гражданских прав: 1) избирательного права; 2) права занимать выборные должности в общественных организациях; 3) права занимать те или иные государственные должности; 4) права носить почетные звания; 5) родительских прав; 6) права на пенсию (ст. 31 УК) и некоторых других. Однако никакое лишение гражданина указанных политических или отдельных гражданских прав не может служить препятствием к составлению им завещания.

Нотариус должен также проверить законность распоряжений завещателя.

В случае недееспособности завещателя или незаконности его завещательного распоряжения нотариус должен отказать в удостоверении завещания; если, например, завещатель выразит желание завещать не только принадлежащую ему на праве личной собственности дачу, но и земельный участок, на котором она расположена, поскольку такого рода завещательное распоряжение явится нарушением законодательства о национализации земли.

Нотариус не обязан проверять права завещателя на имущество, которое он завещает. Между моментом составления завещания и смертью завещателя нередко может пройти значительный срок, в течение которого состав имущества, принадлежащего завещателю, может в той или иной степени измениться; некоторые имущественные объекты могут из состава имущества завещателя выбыть, другие - войти. Не должен также нотариус требовать от завещателя представления доказательств родственной связи с ним лиц, в пользу которых завещается имущество (§ 66 Инструкции по применению Положения о государственном нотариате РСФСР от 2 февраля 1948 г.). Но на обязанности нотариуса лежит объяснить завещателю значение ст. 422 ГК, обеспечивающей интересы несовершеннолетних детей завещателя и его других нетрудоспособных наследников. При совершении завещания нотариус должен также предупредить завещателя о том, что если к моменту смерти завещателя будет жив кто-либо из его законных наследников, то завещание в отношении посторонних лиц будет недействительным (п. 6 постановления Пленума Верховного суда СССР от 20 июня 1947 г.).

После установления окончательной редакции текста завещания происходит подписание завещателем завещания. Подписывается завещание завещателем по общему правилу в присутствии нотариуса.

Должны быть подписаны оба экземпляра завещания.

В отдельных случаях закон допускает, чтобы вместо завещателя в присутствии нотариуса завещание подписало другое лицо. Имеются в виду случаи, когда завещатель по неграмотности, болезни или по другим причинам не может сам подписать завещание.

Случаи неграмотности советских граждан - этого наследия дореволюционной России - в настоящее время явление исключительно редкое. На этот случай закон разрешает подписание завещания за завещателя другому лицу, которого закон называет рукоприкладчиком (ст. 125 ГК). Рукоприкладчиком не может быть лицо, в пользу которого завещается какое-либо имущество (§ 66 Инструкции по применению Положения о государственном нотариате РСФСР).

Грамотные глухие, немые и глухонемые сами подписывают завещание. Но если завещатель является глухим, немым или глухонемым и притом неграмотным, то при удостоверении завещания привлекается лицо, умеющее объясниться с завещателем, которое своей подписью удостоверяет, что содержание завещания соответствует воле неграмотного глухого, немого или глухонемого.

Если же завещатель является слепым, то текст завещания обязательно прочитывается нотариусом, о чем отмечается на завещании, после чего слепой подписывает завещание; в случае его неграмотности за него расписывается другое лицо (§ 9 Инструкции по применению Положения о государственном нотариате РСФСР).

Привлечение рукоприкладчика возможно и в других случаях, например, если завещатель, не имеющий руки, при помощи протеза все же не может подписать завещания.

Подписанное завещателем завещание подлежит удостоверению нотариусом, после чего оно приобретает юридическую силу. Удостоверение завещания заключается в совершении нотариусом на самом завещании удостоверительной надписи.

Последующие действия нотариуса, примыкающие к совершению удостоверительной надписи, - регистрация завещания и др., - не имеют решающего значения для получения завещанием юридической силы¹.

Возникает вопрос, должен ли нотариус совершить удостоверительную надпись и прочие действия, если завещатель, подписав завещание, умрет или утратит дееспособность?

Авторы работы «Наследование и нотариат» решают этот вопрос таким образом: «Когда и поскольку удостоверительная надпись закончена нотариусом еще при жизни завещателя, до утраты им дееспособности, нотариус обязан закончить прочие действия независимо от состояния, в которое в дальнейшем впал завещатель. В противном случае нотариус должен немедленно прекратить нотариальные действия».

Нам кажется такой вывод, по меньшей мере, спорным. Хотя, конечно, завещание может считаться окончательно составленным только с момента совершения нотариусом удостоверительной надписи, но центр тяжести завещания все же заключается в состоявшемся выражении воли завещателя. И если завещатель, будучи дееспособным, успел в присутствии нотариуса надлежащим образом выразить свою волю и подписать завещание, то нотариус должен совершить все необходимое, чтобы эта воля получила требуемое законом оформление, т. е. сделать на завещании удостоверительную надпись и совершить прочие действия (регистрацию завещания и др.).

Из двух подписанных завещателем экземпляров завещания один остается на хранении в нотариальной конторе, другой же (второй) выдается завещателю.

За удостоверение нотариусом завещания взимается государственная пошлина в размере 10 руб. независимо от суммы завещанного имущества.

Кроме завещаний, удостоверенных в нотариальных органах, советское право допускает в определенных случаях удостоверение завещаний у других должностных лиц.

Капитан морского судна, плавающего под флагом Союза ССР, имеет право во время плавания удостоверять завещания, составленные лицами, находящимися на судне (ст. 59 Кодекса торгового мореплавания Союза ССР - СЗ СССР, 1929, № 41, ст. 365). Капитану судна внутреннего водного транспорта предоставлено право удостоверять завещания, составленные лицами, находящимися на судне (ст. 27 Устава внутреннего водного транспорта - СЗ СССР, 1930, № 55, ст. 582).

Разрешается удостоверение завещаний помимо нотариальных органов командованию отдельных воинских частей (полков, дивизионов, рот, батарей и т. д.), а завещаний военнослужащих, находящихся на излечении в госпиталях, - начальникам госпиталей.

За границей консулы и консульские агенты СССР могут удостоверять завещания советских граждан (ст. 60 Консульского устава СССР - СЗ СССР, 1929, № 61, ст. 567).

На основании примечания к ст. 425 ГК, паевые взносы, внесенные в первичную кооперативную организацию, могут быть их членами завещаны лицам, в пользу которых по общим правилам наследственного права могут совершаться завещания, путем совершения в членской книжке соответствующей надписи о назначении наследников без нотариального удостоверения этой надтКак было разъяснено Верховным судом СССР, «поскольку порядок завещания, установленный примечанием к ст. 425 ГК, является исключением из общего, установленного законом правила удостоверения завещаний, то распространять его на какие-либо другие документы, кроме членской книжки... нельзя...» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 29 апреля 1952 г. по делу № 03/375).

О форме распоряжения на случай смерти вкладами, внесенными в банк или в государственную трудовую сберегательную кассу, см. гл. II, § 4.

§ 6. Содержание завещания

Основное содержание завещания составляют распоряжения завещателя о назначении данных лиц наследниками с указанием того имущества, которое завещатель им предназначает. В нашей литературе был даже высказан взгляд, что назначение наследника является необходимым реквизитом завещания и что

распоряжение, в котором не указывается наследник, не есть завещание¹. Действительно, в подавляющем большинстве случаев распоряжение завещателя о назначении наследника составляет главное содержание завещания. Но возможно и такое завещание, в котором все распоряжение завещателя заключается не в назначении наследника, а в устранении от наследования всех наследников по закону. Этот случай прямо предусматривается ч. 2 ст. 433 ГК, устанавливающей, что «в случае... лишения завещателем права наследования всех наследников, имущество признается выморочным и переходит в собственность государства».

Конечно, подобные завещания могут иметь место весьма редко, но все же возможны. Возможны и такие завещания, по которым все имущество передается на общеполезные цели без назначения определенных наследников.

Назначая завещательным наследником кого-либо из наследников по закону или постороннее лицо, завещатель должен указать фамилию и имя наследника. Но в отдельных случаях, как нам кажется, возможно назначение наследника и без указания его фамилии и имени; например: «завещаю все мое имущество моим внукам». К моменту смерти завещателя количество его внуков может увеличиться, но все же воля завещателя о назначении внуков единственными наследниками является выраженной в завещании совершенно ясно.

Назначение наследника в завещании может быть сделано только самим завещателем, и назначенный завещателем наследник не может быть заменен судом другим лицом. Верховный суд Молдавской ССР изменил частично завещание, удостоверенное нотариальной конторой, признав наследницей по завещанию на часть дома, принадлежавшего наследодателю гр. Вишнякову, его дочь Мунтян (в завещании же было указано, что гр. Вишняков завещает эту часть дома своей жене Сосидко с тем, чтобы после ее смерти эта часть дома перешла к его дочери Мунтян). Определение Верховного суда Молдавской ССР об изменении завещания было мотивировано теми соображениями, что воля наследодателя в завещании изложена неправильно, так как наследодатель желал завещать эту часть дома дочери Мунтян, но вместе с тем, желая обеспечить свою жену жилой площадью, имел намерение возложить на дочь обязанность предоставить его жене Сосидко пожизненное проживание в этой части дома. По протесту Председателя Верховного суда СССР определение Верховного суда Молдавской ССР было отменено Судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда СССР. В своем определении по этому делу Судебная коллегия указала, что мотивы Верховного суда Молдавской ССР не основаны на законе: «. наследник в завещании должен быть указан самим завещателем и помимо его воли включать в завещание других наследников нельзя... Верховный суд Молдавской ССР не мог изменять в этой части завещание и заменять одних наследников по завещанию другими.» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 16 апреля 1952 г. по делу № 03/316).

Составляя завещание, завещатель не может знать, кто умрет раньше - он сам или назначенный им наследник. Не может он знать и того, захочет ли наследник по завещанию принять наследство. В связи с этим закон предоставляет завещателю право назначить в завещании другого (добавочного) наследника на тот случай, если бы наследник, назначенный по завещанию, умер ранее открытия наследства или не принял его (так называемая субституция - ст. 424 ГК). Вполне допустимо такое назначение в завещании добавочного наследника одновременно и на тот, и на другой случай. К смерти назначенного основного наследника должно быть приравнено и признание его в установленном порядке как безвестно отсутствующего умершим (ст. 12 ГК). В качестве примера назначения добавочного наследника можно привести следующую запись в завещании: «Завещаю принадлежащую мне дачу моей жене, а если она умрет ранее меня или не захочет принять наследства - моим сыновьям, Сергею и Петру». Как при назначении основного, так и при назначении добавочного наследника завещатель, как правило, может делать свой выбор только из числа наследников по закону, указанных в ст. 418 ГК. При отсутствии наследников по закону завещатель вправе назначить добавочным наследником любое лицо, т. е. не наследника по закону (ст. 424 ГК). Однако не допускается назначение добавочного наследника к наследнику, пережившему наследодателя и принявшего наследство. В вышеприведенном определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда по жалобе гр. Мунтян на действия нотариуса Судебная коллегия указала, что Верховный суд Молдавской ССР «должен был признать завещание недействительным ввиду того, что по закону не допускается подназначение наследника к наследнику, пережившему наследодателя и принявшему наследство».

Нет препятствий к составлению завещания под отлагательным условием. При составлении завещания под отлагательным условием назначенный завещателем наследник не делается собственником завещанного ему имущества впредь до наступления условия. До этого момента имущество юридически находится в несколько неопределенном положении. Фактически оно еще никому не принадлежит. Но при наступлении или ненаступлении указанного в завещании отлагательного условия правовое положение этого имущества сразу выясняется: назначенный в завещании под отлагательным условием наследник или делается субъектом соответствующего права, или не делается. Так например, если гражданин завещает свою библиотеку сыну под условием, что сын окончит высшее учебное заведение, сын станет собственником этой библиотеки по окончании высшего учебного заведения; если же он высшего учебного заведения не окончит или вообще не поступит в высшее учебное заведение до достижения им предельного возраста, установленного для поступления в высшее учебное заведение, то он права собственности на библиотеку не приобретает, и тогда библиотека перейдет в собственность других наследников либо в качестве выморочного - к государству. Основное практическое затруднение при завещаниях с отлагательным условием заключается в той правовой неопределенности, которая продолжается в течение известного времени - до выяснения вопроса о выполнении выставленного завещателем условия. Ограничить это время сроком для принятия наследства (шесть месяцев) практически для большинства случаев будет означать невозможность выполнения условия. Отсутствие же каких-либо сроков, в пределах которых может быть выполнено условие, придает завещательному распоряжению крайне неустойчивый характер, да и судьба соответствующего имущества в отдельных случаях может длительное время оставаться весьма неопределенной. Поэтому было бы желательным установление в законодательном порядке какого-то предельного срока, в течение которого должен окончательно выясниться вопрос о наступлении или ненаступлении отлагательного условия. Вместе с тем в законодательном же порядке следует определить и правовое положение завещанного имущества на период времени между открытием наследства и наступлением или ненасту-плением отлагательного условия, если завещатель сам не сделал соответствующих распоряжений. Завещанное имущество, состоящее из денег и облигаций займов, целесообразно вносить на этот период на хранение в банк или государственную трудовую сберегательную кассу. Забота же о прочем имуществе может быть возложена на наследников или на исполнителя завещания.

Не должны признаваться имеющими силу условия противозаконные или противоречащие правилам социалистической морали. Не должно иметь силы завещательное распоряжение о назначении данного лица наследником под условием совершения им противозаконного действия. Не могут быть признаны имеющими силу завещательные распоряжения, которым данное лицо назначается наследником под условием, что оно не изберет себе известной профессии, или не вступит в брак, или, наоборот, расторгнет свой брак и т. д.

Недействительным должно быть признано завещательное распоряжение о назначении данного лица наследником по завещанию с тем, чтобы за ним сохранилось право личной собственности на завещанное имущество в течение пяти, десяти и т. д. лет. Однако можно завещать имущество во временное пользование, в частности - в пожизненное пользование. В этом случае один или несколько наследников приобретают право пользования наследственным имуществом в течение известного срока или пожизненно, другой же или другие назначенные завещателем наследники становятся собственниками этого имущества, но ограничиваются в праве пользования им впредь до истечения обусловленного завещателем времени. Жена завещает принадлежащий ей жилой дом в пожизненное пользование мужу и в собственность дочери. Пока жив муж, дочь ограничена в праве пользования этим домом. Муж же может пользоваться домом, но не может им распоряжаться, например, продать, подарить и т. д. В случае отчуждения дочерью этого имущества другому лицу муж должен сохранить принадлежащее ему пожизненно право пользования.

Возможно завещательное распоряжение под отлагательным сроком. Например, отец оставляет сыну известную денежную сумму, обусловив выдачу ему этой суммы истечением пяти лет после смерти завещателя.

Назначение наследника связано с предоставлением ему завещателем принадлежащего ему имущества. При этом завещатель вправе завещать все свое имущество всем наследникам по закону, завещав, однако, одним из них больше, другим меньше (в неравных долях). Так например, гражданин, имеющий жену и трех взрослых сыновей, завещает жене ?₂, одному сыну -?₄, а двум другим сыновьям - по ?₈ принадлежащего ему имущества.

Завещатель может завещать все свое имущество одному или только некоторым из числа наследников по закону, не оставив ничего другим наследникам по закону. Например, гражданин, имеющий двух сестер, завещает все свое имущество одной сестре.

Завещатель может завещать только часть своего имущества. В этом случае незавещанная часть имущества перейдет к наследникам по закону. Имущество гражданина заключалось в жилом доме и домашней обстановке. Семейство гражданина состояло из его жены и двух взрослых дочерей. Свой жилой дом он завещал жене, а об остальном имуществе в завещании не упомянул. Имущество, не упомянутое в завещании (домашняя обстановка), перейдет к наследникам по закону, т. е. к двум дочерям и жене, потому что жена как переживший супруг также является наследницей по закону в неза-вещанной части имущества.

Завещатель может указать каждый завещанный им предмет в натуре; например, в завещании может быть сказано, что домашняя обстановка завещается дочери, библиотека - сыну и т. д., но завещатель вправе, не делая таких конкретных обозначений, сделать распоряжения в общей форме (например: «Все мое имущество, в чем бы ко дню смерти оно ни заключалось, завещаю моей сестре такой-то»). Завещатель может также, распределяя свое имущество между наследниками по завещанию, указать только определенную долю каждого из них в завещанном имуществе; например, сыну Ивану -7з, дочери Вере - ?₄ и т. п. В случае умолчания о размере наследственных долей доли наследников по завещанию должны считаться равными.

Объектом завещательного распоряжения может быть все то, что является объектом имущественных прав, которые могут переходить в порядке наследственного преемства, - трудовые сбережения, жилой дом, предметы домашней обстановки и обихода, предметы личного потребления и удобства. Можно завещать право требования по долговой расписке, авторское право (в его имущественной части) и т. д. Но нельзя завещать одни обязанности. Как мы увидим в дальнейшем, закон предоставляет завещателю право возлагать на наследника по завещанию выполнение тех или иных обязательств (см. § 9), но это допускается только при условии получения этими наследниками наследственного имущества или известной его доли. Завещание, которым завещатель обязал наследника выполнить те или иные обязанности или уплатить его долги без предоставления ему всего или части имущества, может иметь для наследника моральную, а не юридическую силу. Не вправе на основании такого завещания предъявить к наследнику свои требования и соответствующие кредиторы наследодателя.

Имущество колхозного двора, принадлежащее ему на праве личной собственности (жилой дом, продуктивный скот, птица, мелкий сельскохозяйственный инвентарь), а также имущество, принадлежащее единоличному крестьянскому двору, как известно, не может переходить по наследству, не может, следовательно, быть предметом завещательных распоряжений. Из этого общего правила сделано одно изъятие. Имущество колхозного двора и единоличного крестьянского двора может быть завещано, если завещатель является единственным и последним представителем двора (§ 119 Инструкции Министерства юстиции РСФСР по применению Положения о государственном нотариате). При этом надо иметь в виду общее правило, что действительность завещательного распоряжения определяется не на момент его составления, а на момент открытия наследства. Поэтому для признания такого завещательного распоряжения действительным решающим обстоятельством должно быть то, чтобы к моменту открытия наследства не было в живых никого из членов двораО. собого внимания заслуживает вопрос о допустимости завещания предметов обычной домашней обстановки и обихода. В судебной практике РСФСР иногда давались отрицательные ответы на этот вопрос. В одном из определений Гражданской кассационной коллегии Верховного суда РСФСР указывалось, что предметы обычной домашней обстановки и обихода не могут быть завещаны наследникам, не проживавшим совместно с умершим. Нам уже приходилось и в других работах отмечать, что такая практика не вытекает из действующего законодательства¹. На основании ст. 421 ГК предметы обычной домашней обстановки и обихода (за исключением предметов роскоши) поступают к наследнику, проживавшему совместно с наследодателем сверх причитающейся ему, согласно ст. 420, доли из имущества умершего. Но ст. 420 ГК касается только отношений, возникающих из наследования по закону. Из этого видно, что нормы ст. 421 ГК относятся лишь к особым случаям наследования по закону. Вместе с тем закон (ст. 419 ГК) дает возможность наследодателю изменить путем завещания порядок наследования по закону, причем в законе не содержится каких-либо ограничений в отношении предметов обычной домашней обстановки и обихода и каких-либо льгот в пользу наследников, совместно проживающих с наследодателем. Из принципа свободы завещания законом (ч. 2 ст. 422 ГК) установлены изъятия в пользу несовершеннолетних детей завещателя и его других нетрудоспособных наследников, но не в пользу наследников, совместно проживающих с наследодателем. Поэтому за завещателем должно быть признано право завещать предметы обычной домашней обстановки и обихода не только тем наследникам, которые жили с ним совместно, но и тем, которые проживали отдельно. Так решается этот вопрос в ГК Грузинской ССР; согласно примечанию к ст. 420, домашняя обстановка за исключением предметов роскоши переходит в равных долях к тем из перечисленных в ст. 418, кто совместно проживал с умершим, или же к лицам, указанным в завещании.

Допустимы ли завещания, содержащие в себе указания, ограничивающие наследников в праве распоряжения завещанным им имуществом? В частности, можно ли признать действительным завещание, которым наследник лишается права продать завещанный ему жилой дом? Мы думаем, что завещания, ограничивающие полную свободу распоряжения наследника, ставшего собственником завещанного ему имущества, должны, по общему правилу, считаться не имеющими силы. Но распоряжения завещателя, ограничивающие свободу распоряжения наследника завещанным имуществом только в известных отношениях, в отдельных случаях допустимы. Так, нам представляется законным завещательное распоряжение, которым супруг-наследник ограничивается в праве продажи завещанного ему дома впредь до совершеннолетия проживающих в нем детей завещателя, хотя бы эти дети и получили из другого наследственного имущества причитающуюся им обязательную долю. Но, если бы в силу сложившихся обстоятельств продажа такого дома сделалась необходимой, суду должно быть предоставлено право дать разрешение на отчуждение дома.

Кроме назначения наследника в завещании могут найти свое выражение и некоторые другие распоряжения завещателя. Эти распоряжения завещателя могут выразиться: 1) в устранении наследника от наследования; 2) в возложении на наследника выполнения какого-либо обязательства в пользу другого лица и других лиц (завещательный отказ). Возможны и некоторые другие виды завещательных распоряжений, как например, назначение исполнителя завещания, указание опекуна несовершеннолетним детям и др.

§ 7. Устранение завещателем наследника от наследования

Возможность для завещателя устранить от наследования того или иного из наследников по закону была признана советским правом с тех пор, как ГК РСФСР (и ГК других союзных республик) был установлен наряду с порядком наследования по закону порядок наследования по завещанию. У завещателя могут быть серьезные основания не желать, чтобы его имущество перешло после его смерти в руки тех или иных его наследников по закону. Ведь может оказаться, что эти лица являются и без того достаточно обеспеченными. А, может быть, завещатель при своей жизни ничего не получал от этих лиц, кроме обид и грубой неблагодарности. Быть может, поведение этих лиц вообще противоречит правилам социалистической морали и т. д. Почему же препятствовать завещателю в праве устранить таких лиц от наследования, лишь бы при этом не были нарушены интересы общества и охраняемых законом лиц?

Устранить от наследования неугодного ему наследника завещатель может двояким путем. Составляя свое завещание, завещатель может просто умолчать в завещании об этом наследнике, распределив все свое имущество между остальными наследниками или предоставив это имущество одному или нескольким из них. В этом случае завещатель, не сказав ничего о данном наследнике, просто обходит его молчанием. Таким образом, устранение наследника совершается не прямо, а косвенно. Наследник устраняется в силу того, что все наследственное имущество оказывается завещанным другому или другим наследникам. Такой порядок устранения наследника от наследства предусмотрен ч. 1 ст. 422 ГК.

От такого фактического лишения наследства путем предоставления завещателем всего наследственного имущества другому или другим наследникам надо отличать устранение наследника посредством прямо выраженного в завещании желания завещателя лишить кого-либо из наследников или всех их права наследования. На первый взгляд может показаться, что как в том, так и в другом случае правовой результат всегда будет одинаков: наследник окажется устраненным от наследования. Однако это не так.

Предположим, что наследодатель устранит законного наследника, завещав все свое имущество другому наследнику по закону, но назначенный завещателем наследник умирает ранее самого завещателя, который об этом факте не знает и поэтому не изменяет завещания. Возможен и такой случай, когда назначенный завещателем наследник откажется по открытии наследства принять его. В этих случаях устраненный завещателем наследник, если можно так выразиться, возрождается в своем праве наследования. Ведь при отпадении наследника по завещанию, по общему правилу, наследство переходит к наследникам по закону, а, следовательно, законный наследник, фактически устраненный завещателем от наследования, все же будет призван к наследованию. Наконец, может быть и такой случай, когда часть имущества окажется незаве-щанной; в этом случае «обойденный» завещателем наследник все же будет призван в качестве наследника по закону в незавещанной части имущества.

При прямом устранении наследника от наследования, что бы ни произошло с назначенным в завещании наследником, лишенный наследства наследник путем прямо выраженной на то воли завещателя является устраненным от наследства окончательно (кроме случая признания завещания недействительным). Поэтому вопрос о форме устранения наследника в завещании (прямо или косвенно) имеет существенное практическое значение.

Прямое лишение наследника наследства может быть сделано в различных выражениях, например: «сына моего Федора лишаю наследства» или «жену мою такую-то устраняю из числа наследников» и т. д. Воля завещателя о лишении наследства должна быть выражена ясно и недвусмысленно. В сомнительных случаях на суд ложится задача со всем тщанием выявить действительную волю завещателя, так как от того или иного понимания воли завещателя проистекают совершенно различные правовые последствия.

Нужны ли какие-нибудь особые мотивы для устранения наследника от наследования? В этом отношении советское право никаких правил не устанавливает. Завещание является актом свободной воли завещателя о посмертной судьбе принадлежащего ему имущества, и потому завещатель вправе распорядиться этим имуществом по своему усмотрению, в частности - лишить наследства кого-либо или всех своих наследников по закону.

Однако предоставление законом завещателю права устранить наследника от наследования имеет свои пределы. Эти пределы определяются правилами закона об обязательной наследственной доле. Тех наследников по закону, которые имеют право на обязательную наследственную долю, завещатель не вправе лишить наследства (об обязательной наследственной доле см. далее, § 8).

В связи с прямым лишением завещателем наследства своих наследников по закону возникают два основных вопроса. Во-первых, какова судьба той доли наследства, которая причиталась бы наследнику, если бы он не был лишен права наследования? Во-вторых, устраняются ли от наследования внуки и правнуки завещателя, если он лишает права наследования их родителей (своих детей).

Исторически вопрос о судьбе наследственной доли лишенного наследства решался советским правом неодинаково. В первоначальной редакции примечания к ст. 422 ГК указывалось, что в случае лишения завещателем права законного наследования одного, некоторых или всех лиц, указанных в ст. 418 ГК, наследственное имущество в целом или в части переходит к государству в качестве выморочного имущества. Это правило ГК закрепляло те общественные отношения, которые были характерны для периода его издания - начального периода новой экономической политики. Допуская институт наследования, советское право того периода принимало в то же время все возможные меры, чтобы не допустить рост частного капитала, способствовало вытеснению и ликвидации капиталистических элементов. Одной из мер в этом отношении и было установление общего правила, что доля лишенного наследства не должна идти на увеличение долей других наследников. Доля лишенного наследства рассматривается как имущество, у которого нет наследника; поскольку же у этого имущества нет наследника, естественно, что оно должно перейти к государству в качестве выморочного.

6 апреля 1928 г. постановлением ВЦИК и СНК РСФСР было разрешено завещать имущество не только физическим лицам, но и государству и его органам, а также партийным, профессиональным и общественным организациям. В связи с этим в примечание к ст. 422 ГК было внесено существенное изменение. Было установлено, что доля лишенного наследства переходит к государству в качестве выморочного имущества, поскольку оно не завещано одной из указанных выше организаций. Таким образом, по ранее действовавшему законодательству РСФСР доля лишенного наследства, как общее правило, переходила к государству. Такое правило было воспринято и большинством ГК других союзных республик.

В РСФСР указанный выше порядок перехода доли лишенного наследства к государству просуществовал до издания Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 12 июня 1945 г. «Об изменении ГК РСФСР». Согласно ч. 1 ст. 433 ГК в редакции, установленной Указом от 12 июня 1945 г., в слу-

чае лишения завещателем наследства одного или нескольких наследников их доля переходит к другим наследникам по закону и делится между ними в порядке, установленном ст. 420 ГК, если только в завещании не указано, что завещатель оставляет все свое имущество назначенным им наследникам. Таким образом, по общему правилу, доля наследника, лишенного права наследования, не поступает теперь к государству, а переходит к другим наследникам по закону. Поскольку же из текста завещания можно установить, что завещатель, лишая права наследования кого-либо из своих наследников по закону, имел в виду оставить все свое имущество лицам, названным в завещании наследниками, то в этом случае доля лишенного наследства переходит к наследникам по завещанию. К государству доли лишенных права наследования переходят только в том случае, если завещатель лишил права наследования всех наследников (ч. 2 ст. 433 ГК).

Вправе ли кредиторы наследодателя оспорить его распоряжение о лишении данного наследника права наследования? На этот вопрос надо дать отрицательный ответ. Поскольку, согласно ст. 434 ГК, ответственность наследника по долгам наследодателя определяется стоимостью наследственного имущества, кредитор ничего не теряет от того, перешло ли это имущество к тому или иному наследнику или даже в качестве выморочного к государству. У кредитора нет юридического интереса к предъявлению иска о признании недействительным данного распоряжения завещателя.

Довольно сложным является вопрос, лишаются ли права наследования внуки и правнуки завещателя в случае устранения от наследования их родителей. Этот вопрос возник только после издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию», так как до издания этого Указа все наследники по закону призывались к наследованию одновременно, в частности внуки и правнуки завещателя наследовали вместе с его детьми и другими наследниками по закону (ст. 418-420 ГК в старой редакции); при наследовании же по завещанию их правовое положение определялось независимо от правового положения их родителей (детей наследодателя). Совершеннолетние внуки и правнуки могли быть, по усмотрению завещателя, лишены наследства, и та доля, которая причиталась бы им при наследовании по закону, переходила к государству. Если же к моменту смерти завещателя они оказывались не достигшими совершеннолетия, распоряжение завещателя о лишении их наследства признавалось недействительным, и они получали ³/₄ от наследственной доли, которая причиталась бы им при наследовании по закону. Но это была их собственная наследственная доля.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» и изданный на его основе Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 12 июня 1945 г. внесли существенные изменения в порядок наследования, на что уже указывалось выше. Но ни Указ от 14 марта 1945 г., ни Указ от 12 июня 1945 г. не коснулись вопроса о последствиях устранения от права наследования для потомства устраненного. Этот вопрос получил разрешение только в постановлении Пленума Верховного суда СССР от 20 июня 1947 г. «О применении Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» и других вопросах наследования».

Согласно п. 10 постановления Пленума Верховного суда СССР от 20 июня 1947 г., «если лишенный завещанием права наследования сын (или дочь) завещателя умрет до открытия наследства, то их несовершеннолетние дети (внуки завещателя) получают наследство по праву представления на общих основаниях; совершеннолетние же их дети (внуки завещателя) получают наследство в этом случае лишь при условии, если все имущество не будет завещано другим наследникам».

Какие же выводы надо сделать из этого постановления Пленума Верховного суда СССР?

Постановление Пленума имеет в виду тот случай, когда лишенный права наследования, имевший детей, умер до открытия наследства, но не касается случая, когда лишенный права наследования умер после открытия наследства.

Обращаемся к тому случаю, когда лишенный права наследования умер еще до открытия наследства. Здесь, в свою очередь, надо различать два случая: 1) когда у лишенного права наследования, умершего до открытия наследства, остались несовершеннолетние дети и 2) когда у него остались совершеннолетние дети. Если лишенный права наследования, имевший несовершеннолетних детей, умер до открытия наследства, его дети получают ту наследственную долю, которую получил бы их восходящий при наследовании по закону, если бы не был лишен права наследования. Таким образом, лишение наследника права наследования не распространяется на его несовершеннолетних нисходящих.

В 1949 г. умер Ф. М. Максимов, оставивший по завещанию свое имущество дочери, гр. Кривеневой. У наследодателя был сын Н. Ф. Максимов, который, находясь на фронте, в августе 1944 г. пропал без вести и определением народного суда в 1948 г. был признан умершим. Жена пропавшего без вести на фронте Н. Ф. Максимова - Л. В. Максимова, у которой остались две дочери - Ирина и Галина, родившиеся в 1937 и 1942 гг., являющиеся внучками умершего Ф. М. Максимова, предъявила в суд иск о признании недействительным завещания, совершенного Ф. М. Максимовым в пользу Криве-невой. Народный суд 1-го участка Московского района г. Ленинграда признал недействительным завещание Ф. М. Максимова, установив, что дочери истицы имеют право наследования в имуществе, оставшемся после смерти Ф. М. Максимова. Ленинградский городской суд отменил решение народного суда, а Верховный суд РСФСР решение Ленинградского суда оставил в силе. По протесту Председателя Верховного суда СССР Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР отменила решение Ленинградского городского суда и определение Верховного суда РСФСР, признав, что, поскольку отец несовершеннолетних Галины и Ирины Максимовых признан умершим в 1948 г., т. е. до открытия наследства, они могут наследовать имущество, оставшееся после смерти своего деда Ф. М. Максимова по праву представления на общих основаниях, независимо от того, было ли это имущество кому-нибудь завещано или нет. Судебная коллегия оставила в силе решение народного суда, дополнив его указанием, что за Галиной и Ириной признано право наследования в имуществе Ф. М. Максимова в размере ¹/₄ части за каждой (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 10 января 1951 г. по делу № 36/1320).

Иначе решается вопрос, если у лишенного права наследования, умершего до открытия наследства, имелись совершеннолетние дети. В этом случае совершеннолетние дети наследника, лишенного прав наследования (внуки завещателя) призываются к наследованию (по праву представления) только в том случае, если какая-либо часть наследства осталась вне завещательных распоряжений.

Если же завещатель, лишив кого-либо из своих детей (сыновей или дочерей) права наследования, вместе с тем завещал все свое имущество другим наследникам, то совершеннолетние дети наследника, лишенного права наследования (совершеннолетние внуки завещателя), к наследованию не призываются.

Смысл постановления Пленума Верховного суда СССР от 20 июня 1947 г., очевидно, заключается в том, чтобы дать преимущество несовершеннолетним детям наследника, лишенного права наследования. Лишение права наследования их восходящего на них не распространяется. Совершеннолетние же дети такого наследника (случай вообще более редкий) такой льготой не пользуются.

Постановлением Пленума Верховного суда СССР от 20 июня 1947 г. не затронут вопрос, распространяется ли лишение наследника права наследования на его совершеннолетних, но нетрудоспособных детей (внуков завещателя). Мы полагаем, что на этот вопрос надо ответить отрицательно. Указ от 14 марта 1945 г. совершенно ясно говорит, что завещатель не может лишить обязательной наследственной доли детей и других нетрудоспо -с о б н ы х наследников. Поэтому нетрудоспособный совершеннолетний внук завещателя в случае лишения права наследования его восходящего, умершего до открытия наследства, также должен иметь право на обязательную наследственную долю.

Если же лишенный права наследования наследник дожил до открытия наследства, то его дети (все равно - несовершеннолетние или совершеннолетние), по общему правилу, устраняются от призвания к наследованию.

§ 8. Обязательная наследственная доля

Предоставляя завещателю свободу распоряжения своим имуществом на случай смерти, советское право устанавливает из этого общего правила весьма важное изъятия в интересах детей завещателя и его других нетрудоспо -собных наследников, которых завещатель не вправе устранить от наследования и которые имеют право на так называемую обязательную наследственную долю. Если завещатель этой доли им не предоставит (прямо - лишив их наследства или не упомянув о них в завещании), то каждый из таких наследников вправе требовать от других наследников, к которым перешло наследственное имущество, выдачи той доли, которую он мог бы получить, если бы призывался к наследованию по закону. В этом находит яркое выражение забота Советского государства о несовершеннолетних детях и других нетрудоспособных наследниках. Таким образом, известные категории наследников призываются к наследованию даже вопреки воле завещателя. Закон как бы поправляет завещателя, по тем или иным причинам не предоставившего своим несовершеннолетним детям и другим нетрудоспособным наследникам той доли в наследстве, которая причиталась бы им при наследовании по закону. ГК РСФСР в первоначальной редакции не знал института обязательной доли, но уже постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 28 мая 1928 г. (СУ, 1928, № 65, ст. 468) в интересах несовершеннолетних наследников было запрещено оставлять им по завещанию менее ³/₄ доли, которую они должны были бы получить при наследовании по закону, что нашло свое отражение в примечании 2 к ст. 422 ГК. В случае лишения таких наследников наследства соответствующая часть наследства не переходила к государству, а поступала к этим наследникам. Институт обязательной доли был воспринят ГК и большинства других союзных республик.

Статьей 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. «О наследниках по закону и по завещанию» было установлено общее правило, что завещатель не может лишить своих несовершеннолетних детей и других нетрудоспособных наследников той доли, которая причиталась бы им

при наследовании по закону. Это правило Указа значительно отличается от ранее действовавшего правила, изложенного в примечании 2 к ст. 422 ГК. Согласно этому примечанию, завещатель не вправе был лишить законной доли наследства тех из наследников по закону, которым к моменту смерти наследодателя не исполнится 18 лет. Таким образом, ни один из наследников по закону, перечисленных в ст. 418 ГК, не мог быть лишен права наследования при условии, что он являлся несовершеннолетним. Все такие лица имели право на обязательную наследственную долю в размере ³/₄ своей законной доли. В отличие от этого Указ применяет признак «несовершеннолетия» только к детям наследодателя. Но зато Указ включает в число лиц, которых завещатель не вправе лишить права наследования, и «других нетрудоспособных наследников». Кроме того, обязательная наследственная доля доводится до размера той наследственной доли, которая причиталась бы указанным лицам, если бы они наследовали по закону (а не ³/₄ этой доли, как было установлено примечанием 2 к ст. 422 ГК РСФСР). Это правило ст. 2 Указа от 14 марта 1945 г. впоследствии нашло свое отражение в новой редакции ст. 422 ГК РСФСР (и в соответствующих статьях ГК других союзных республик).

Поскольку несовершеннолетние дети и другие нетрудоспособные наследники завещателя должны обязательно получить ту долю в наследственном имуществе, которую они получили бы, если бы наследовали по закону, эту долю и называют обычно обязательной наследственной долей.

Теперь следует рассмотреть более детально, кто из наследников имеет право на обязательную наследственную долю и как устанавливается размер обязательной доли.

Указ от 14 марта 1945 г. и соответственно ст. 422 ГК различают две группы наследников, имеющих право на обязательную долю: 1) несовершеннолетних детей и 2) других нетрудоспособных наследников.

Вопрос о праве несовершеннолетних детей на обязательную долю не вызывает особых затруднений. Такое право принадлежит всем несовершеннолетним детям завещателя¹. Кроме факта несовершеннолетия (т. е. недостижения 18 лет), каких-либо других условий в отношении детей завещателя закон не устанавливает. Поэтому право на обязательную долю имеет и лицо, достигшее так называемого трудового совершеннолетия (16 лет), независимо от того, находится ли оно на работе или нет. Не имеет значения и то, находился ли несовершеннолетний на иждивении завещателя. Единственным условием для приобретения права на обязательную долю является возраст сына или дочери завещателя (их несовершеннолетие) к моменту открытия наследства.

Об установлении правовой связи завещателя с детьми см. гл. III, § 1.

145

Право на обязательную долю должно быть признано и за детьми завещателя, зачатыми при его жизни, но родившимися после его смерти (прим. к ст. 418 ГК).

Внуки и правнуки завещателя по общему правилу являются наследниками по закону по праву представления, т. е. в тех случаях, когда они заступают место своего родителя (сына или дочери наследодателя), умершего до открытия наследства. Поэтому, если к моменту открытия наследства сын или дочь завещателя, имеющие детей, будут в живых, их дети (внуки завещателя), и несовершеннолетние, и совершеннолетние, не приобретают права на обязательную долю. Иначе решается вопрос о праве внуков завещателя на обязательную долю в случае смерти сына или дочери завещателя до открытия наследства, т. е. ранее самого завещателя. Согласно ст. 422 ГК, завещатель не мог лишить своих несовершеннолетних детей и других нетрудоспособных наследников той доли, которая причиталась бы им при наследовании по закону, - а в случае смерти сына или дочери завещателя до открытия наследства, внуки были бы призваны к наследованию, - следует поэтому сделать вывод, что внуки завещателя, если они отвечают условиям, предусмотренным ст. 422 ГК, приобретают право на обязательную наследственную долю. Если у умерших до открытия наследства сына или дочери завещателя будет только один ребенок, он получит целиком долю, причитавшуюся сыну или дочери. Если же внуков окажется два или более, то они разделят между собой поровну эту долю.

Но здесь возникает еще один вопрос, требующий разрешения. Как мы видели, для приобретения права на обязательную долю в отношении детей завещателя требуется наличие только одного условия - их несовершеннолетие. Достаточно ли этого условия в отношении внуков завещателя? Или же внуки завещателя для приобретения права на обязательную долю должны приравниваться к нетрудоспособным наследникам? Из буквального текста закона, умалчивающего о внуках, как будто вытекает, что внуки приобретают право на обязательную долю только по признаку нетрудоспособности. Исходя из этого, надо было бы признать внука, не достигшего возраста трудового совершеннолетия (16 лет), имеющим право на обязательную долю, а достигшего этого возраста - не имеющим такого права. Однако такой вывод не соответствовал бы духу советского законодательства, всемерно оберегающего интересы несовершеннолетних. Поэтому следует приравнять несовершеннолетних внуков завещателя к несовершеннолетним детям, а не к другим нетрудоспособным наследникам¹. В силу этого несовершеннолетний внук (не достигший 18 лет), наследующий по праву представления, будет иметь право на обязательную долю даже в том случае, если он к моменту открытия наследства окажется уже трудоспособным (достигнет 16 лет).

Такой вывод, как нам кажется, находит свое подтверждение и в судебной практике. В своем постановлении от 20 июня 1947 г., на которое мы уже неоднократно ссылались, Пленум Верховного суда СССР, указав, что несовершеннолетние дети лишенных права наследования сына или дочери завещателя, умерших до открытия наследства (внуки завещателя), получают наследство по праву представления на общих основаниях, - тем самым ясно определил условием для приобретения внуком завещателя права на обязательную наследственную долю его несовершеннолетие, а не нетрудоспособность.

Усыновленные, приравниваемые в правах и обязанностях к родным детям усыновителя, также имеют право на обязательную долю в имуществе умершего усыновителя. Право на обязательную долю имеют и нисходящие усыновленного, когда они наследуют по праву представления.

В отношении первой группы наследников (детей, усыновленных и их потомства, наследующего по праву представления) для приобретения права на обязательную долю требуется, как мы говорили, наличие только одного условия - их несовершеннолетия к моменту открытия наследства; в отношении же второй группы наследников необходимо наличие иных условий.

Из предыдущего изложения известно, что наследниками по закону являются дети (в том числе усыновленные), супруги, родители, братья и сестры, а также другие нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего не менее одного года до его смерти (ст. 418 ГК). Однако обязательная доля может причитаться только тому из наследников по закону, кто призывается к наследованию. Поэтому при наличии наследников по закону первой очереди наследник последующей очереди не приобретает права на обязательную долю. Если, например, после умершего остались переживший нетрудоспособный супруг и нетрудоспособные сестры, то право на обязательную долю может быть признано только за супругом (наследником первой очереди); сестры же (наследники третьей очереди) в этом случае права на обязательную долю не приобретут, хотя бы они были и нетрудоспособными. Равным образом не будет иметь права на обязательную долю и нетрудоспособный брат умершего, если имеются трудоспособные родители (наследники второй очереди). Таким образом, одним из условий для приобретения права на обязательную долю для этой группы наследников является их призвание к наследованию. Кроме того, требуется наличие и другого условия - нетрудоспособности наследника¹. При наличии указанных двух условий данное лицо попадает в число наследников второй группы, имеющих право на получение обязательной доли.

Следует остановиться более подробно на рассмотрении отдельных категорий наследников по закону, имеющих право на обязательную долю.

Как уже указывалось, дети умершего являются непременными наследниками, поскольку они являются несовершеннолетними. Но и совершеннолетние нетрудоспособные дети завещателя также имеют право на обязательную долю. В данном случае решающим является факт их нетрудоспособности.

Право на обязательную долю должно быть признано и за совершенно -летними нетрудоспособными внуками наследодателя, если они призываются к наследованию по праву представления.

В вышеприведенном определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 10 января 1951 г. по иску Максимовой к Кри-веневой указывается: «... ограничение свободы завещательного распоряжения распространяется и в отношении совершеннолетних внуков завещателя, если по праву представления они пользуются правом наследования по закону».

Судебная коллегия не оговаривает только, что право на обязательную долю может принадлежать совершеннолетним внукам только в том случае, если они являются нетрудоспособными.

Аналогично должен решаться вопрос и в отношении совершеннолетних нетрудоспособных усыновленных, а также их потомства, наследующего по праву представления.

Нетрудоспособные супруг и родители завещателя (наследники первой очереди) всегда имеют право на обязательную долю. Что касается братьев и сестер (наследников третьей очереди), то, как уже указывалось выше, они получают право на обязательную долю только при отсутствии наследников предшествующих очередей - первой и второй. Однако нет оснований к ограничению круга братьев и сестер, имеющих право на обязательную долю, малолетними братьями и сестрами, как это делают авторы рецензии на книгу «Наследование и нотариат». Малолетние являются нетрудоспособными; но нетрудоспособными могут быть и совершеннолетние братья и сестры, и закон не устанавливает в этом отношении каких-либо изъятий.

К числу наследников по закону относятся и так называемые иждивенцы - нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении наследодателя не менее одного года до его смерти. На этой категории наследников мы останавливались уже достаточно подробно¹. Данное лицо должно быть признано состоящим на иждивении наследодателя, если материальная помощь последнего была основным источником существования этого лица и оказывалась ему систематически. Поскольку лицо, состоявшее на иждивении наследодателя не менее одного года до его смерти, становится его наследником при условии своей нетрудоспособности, с точки зрения действующего законодательства, условия для призвания «иждивенца» к наследованию по закону и для включения его в круг лиц, имеющих право на обязательную долю, совпадают. Каждое лицо, отвечающее условиям, установленным в ст. 418 ГК для призвания «иждивенца» к наследованию, тем самым имеет право и на обязательную долю, т. е. не может быть устранено завещателем от наследования.

Однако факт иждивения должен приниматься во внимание при установлении права данного лица на обязательную долю только в тех случаях, когда имеется в виду право на обязательную долю «иждивенцев» завещателя. Для других же категорий наследников, имеющих право на обязательную долю, факт нахождения их на иждивении завещателя не имеет значения. Решающим условием для приобретения права на обязательную долю является нетрудоспособность наследника по закону призываемой к наследованию очереди. Состоял ли этот наследник на иждивении наследодателя или не состоял - в данном случае не имеет значения. Поэтому, в частности, не могут быть устранены завещателем от наследования нетрудоспособные родители, хотя бы и не состоявшие на его иждивении.

Таким образом, право наследника на обязательную долю основывается на его несовершеннолетии или нетрудоспособности. Но так как несовершеннолетние в большинстве случаев являются нетрудоспособными, то в основном право наследника на обязательную долю предопределяется фактом его нетрудоспособности. В этом заключается характерная особенность советского наследственного права.

Какова юридическая природа обязательной доли? Является ли обязательная доля наследственной долей или представляет собою только право требования к наследнику обязательного характера? Иначе говоря, является ли лицо, имеющее право на обязательную долю, наследником или кредитором? В ст. 422 ГК указывается, что завещатель не может лишить своих нетрудоспособных детей и других нетрудоспособных наследников той доли, которая причиталась бы им при наследовании по закону. Отсюда ясно, сто советское право понимает под обязательной долей именно наследственную долю. С точки зрения советского права, лицо, имеющее право на обязательную долю, - не кредитор, имеющий обязательственное право требования к наследникам, а полноправный наследник, и притом наследник, который не может быть устранен волею завещателя, являющийся наследником даже против воли завещателя. Поэтому несовершеннолетние дети и другие нетрудоспособные наследники, которых наследодатель, вопреки закону, обошел в завещании (лишив их причитавшейся им по закону доли или завещав им менее этой доли), являются сособственниками с другими наследниками в наследственном имуществе, обладают равными с ними правами по пользованию и управлению этим имуществом. Им принадлежит право требовать выдачи наследственного имущества от всех лиц, незаконно его удерживающих, и т. д.

Так как, по действующему законодательству, обязательная доля равняется полной наследственной доле наследника по закону, то для установления размера обязательной доли надо определить размер той доли, которая причиталась бы наследнику при наследовании по закону; эта доля устанавливается путем деления всего наследственного имущества между призываемыми наследниками по закону на равные доли¹. Для этого следует сначала установить актив наследства на момент его открытия, определить, что входит в состав наследственного имущества и какова его стоимость, затем исключить из него пассив (долги, обременяющие наследство), а остаток разделить на число наследников по закону, которые, не будь завещания, призйвражиаібіж вАщсшдошишювух малолетних детей от первого брака, прекратившегося в силу смерти жены, все свое имущество завещал своей второй жене. Такое завещательное распоряжение, как противоречащее ст. 422 ГК, должно быть признано недействительным. Если бы гражданин А. не сделал завещания, к наследованию были бы призваны в качестве наследников по закону его дети и жена (три наследника). Поэтому для определения размера обязательной доли имущество, оставшееся после смерти гр. А., должно быть разделено на три части. Размер обязательной доли составит в данном случае ¹/₃ наследства; ²/₃ наследства получат дети и ¹/₃ - жена.

Возможны случаи, когда к моменту установления размера обязательной доли не будут выяснены все долги, обременяющие наследство, или вообще ничего не будет известно о существовании долгов. Размер обязательной доли определяется в таких случаях по наличному состоянию актива наследства. В дальнейшем же каждый наследник, в том числе и наследник, получивший обязательную долю, отвечает перед кредитором в пределах полученной им наследственной доли.

При установлении размера обязательной доли должны приниматься во внимание все наследники, которые призывались бы к наследованию, если бы наследодатель не оставил завещания. В связи с этим при определении размера обязательной доли надлежит иметь в виду и наследников, отказавшихся от наследства. Если после умершего гражданина В. остались несовершеннолетний внук от ранее умершей дочери и три взрослых сына, которым гражданин В. завещал свое имущество, причем один из сыновей отказался от наследства, то обязательная наследственная доля внука, призываемого к наследованию по праву представления, составит ?₄ часть наследственного имущества.

Если завещатель лишил наследников причитающейся им обязательной доли или оставил им по завещанию менее того, что им причиталось бы при наследовании по закону, наследники имеют право требовать от других наследников выдачи соответствующей части наследства, чтобы получить полностью полагающуюся им обязательную долю. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР по делу Ф. признала, что если сумма, завещанная истице, ниже обязательной наследственной доли, как это установлено судом, то он должен был довести эту сумму до законного размера, обязав ответчицу из полученного ею наследства возместить истице следуемую ей разницу (определение от 23 января 1941 г., № 45).

Советское право не предусматривает возможности прижизненного выдела наследственной доли будущим наследникам по закону. Однако на практике такие случаи иногда встречаются. Было бы целесообразно установить в законодательном порядке правило, по которому часть имущества гражданина, выделенная им при жизни своему будущему наследнику по закону именно в качестве части наследства, должна учитываться при установлении размера его наследственной доли, т. е. стоимость этой выделенной части имущества должна присоединяться к активу наследства. Если же такой выдел был произведен в пользу будущего наследника, имеющего право на обязательную долю, то стоимость выделенной части наследства также должна зачитываться в счет причитающейся ему обязательной доли. Поэтому, если завещатель устранил прямо или косвенно такого наследника от наследования, то при выплате ему обязательной доли надлежит зачесть стоимость того имущества, которое было выделено ему при жизни наследодателя.

Правила об обязательной наследственной доле не распространяются на вклады, внесенные гражданином в государственные трудовые сберегательные кассы или в Г осударственный банк СССР, а также на облигации государственных займов, внесенные на хранение в указанные выше кредитные учреждения СССР, если вкладчиком было сделано в установленной форме заявление государственной сберегательной кассе или другому кредитному учреждению с указанием лица, которому должен быть выдан вклад в случае смерти вкладчика (ст. 436 ГК). Если же такого заявления вкладчик не сделал, вклады переходят по наследству на общих основаниях и, следовательно, на них полностью распространяются и правила об обязательной наследственной доле.

Ранее мы указывали, что за завещателем должно быть признано право завещать предметы обычной домашней обстановки и обихода не только тем наследникам, которые проживали с ним совместно, но и тем, которые проживали отдельно. Возникает вопрос, как следует связать свободу завещания предметов обычной домашней обстановки и обихода с институтом обязательной доли? Правильное решение этого вопроса дается К. А. Граве, полагающим, что «когда у завещателя имеются наследники по закону, упомянутые в абзаце втором ст. 422 ГК, домашняя обстановка и вещи домашнего обихода могут быть завещаны другим наследникам по закону, если только из остальной части наследственного имущества может быть выделена соответствующим наследникам причитающаяся им обязательная доля. Только в том случае, если это окажется невозможным, может стать вопрос о необходимости признать такое завещательное распоряжение недействительным как противоречащее абзацу второму ст. 422 ГК»¹.

При определении размера обязательной доли в стоимость наследственно -го имущества должна включаться и стоимость предметов обычной домашней обстановки и обихода. Закон обеспечивает за призываемыми к наследованию несовершеннолетними детьми и другими нетрудоспособными наследниками право на получение обязательной доли в размере доли, причитающейся им при наследовании по закону. Но закон не устанавливает дополнительного обеспечения для наследников, имеющих право на обязательную долю, совместно проживающих с наследодателем. Наследники, имеющие право на обязательную долю, должны получать ее в одинаковом размере, независимо от того, проживали ли они совместно с наследодателем или раздельно.

В заключение необходимо указать на ту несомненную коллизию, которая существует между ст. 422 ГК и ст. 42-2 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР, на что с основанием указывает З.Г.Крылова в своей диссертации. Согласно ст. 42-2 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР, получивший наследство от лица, содержавшего детей, или от лица, на котором по закону лежала обязанность содержать их, обязан доставлять содержание несовершеннолетним или нуждающимся нетрудоспособным детям в пределах размеров полученного им имущества. Статья же 422 ГК запрещает завещателю лишать своих несовершеннолетних детей и других нетрудоспособных наследников доли, которая причиталась бы им при наследовании по закону. Получение обязательной доли вполне обеспечивает интересы несовершеннолетних или нуждающихся нетрудоспособных детей и нет причин предоставлять им еще притязания на получение содержания из наследственного имущества. При действии ст. 422 ГК (в новой редакции) нет оснований для применения ст. 42-2 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР.

§ 9. Завещательный отказ

Завещатель вправе возложить в завещании на наследников выполнение какого-либо обязательства в пользу другого лица или других лиц. Так, завещатель может возложить на наследника по завещанию обязанность выдать из наследства какие-либо вещи (например, предметы домашней обстановки, картины, рукописи и т. д.) или пожизненно содержать кого-либо из законных наследников, или предоставить этим лицам часть завещанного домовладения в пожизненное пользование (постановление Пленума Верховного суда РСФСР от 15 апреля 1929 г., протокол № 7). Завещатель может возложить на наследника обязанность выплатить известную денежную сумму единовременно или по частям, периодически (например, по 200 руб. ежемесячно в течение определенного срока или до достижения известной суммы). Завещатель может также возложить на наследника по завещанию обязанность приобрести какой-нибудь предмет и передать его в собственность указанному им в завещании лицу (например, обязать наследника-сына купить велосипед и подарить его внуку) и т. п.

Во всех таких случаях имеет место завещательное распоряжение, доставляющее определенному лицу имущественную выгоду за счет наследственного имущества, но не делающее его, однако, наследником. Такого рода завещательные распоряжения в нашей литературе носят название «завещательных отказов». Впрочем, этот термин встречался и в нашем законодательстве (в настоящее время уже отмененном). Так, Положение о налоге с имуществ, переходящих в порядке наследования и дарения, утвержденное ЦИК и СНК СССР 29 января 1926 г. (СЗ СССР, 1926, № 6, ст. 39), называет «отказом» возложение на наследника обязанности произвести другому лицу выдачу из наследственного имущества (ст. 12). Термин «отказ» повторяется в том же значении и в ст. 40 Правил исчисления и взимания налога с иму-ществ, переходящих по наследованию и дарению, и порядка перехода к государству наследственных имуществ, утвержденных ВЦИК и СНК РСФСР 30 октября 1929 г. (СУ РСФСР, 1929, № 81, ст. 793).

Возможность установления завещательных отказов прямо предусмотрена ст. 423 ГК РСФСР. Согласно этой статье (и соответствующим статьям гражданских кодексов других союзных республик), «на лиц, поименованных в ст. 418, получающих по завещанию наследственное имущество, завещатель может возложить исполнение какого-либо обязательства в пользу одного, нескольких или всех остальных наследников, которые в силу этого распоряжения получают право требовать исполнения соответствующего обязательства вышеуказанными лицами». Далее в той же статье 423 ГК указывается, что «на лиц, получающих по завещанию наследственное имущество в порядке, предусмотренном третьей частью ст. 422, завещатель может возложить исполнение обязательства в пользу любого лица» (в редакции от 12 июня 1945 г.).

В силу сделанного завещателем распоряжения правовые отношения возникают между: 1) лицом, обязанным к выполнению завещательного отказа, и 2) отказополучателем.

Из содержания ст. 423 ГК видно, что лицами, обязанными к выполнению завещательного отказа, являются только наследники по завещанию.

Возложение такой обязанности на наследников, не назначенных наследниками по завещанию, не допускается. Однако таким наследником по завещанию может быть и так называемый «подназначенный наследник». Как уже указывалось, подназначение наследника по ГК возможно в случаях, если лицо, назначенное наследником, умрет (или будет признано как безвестно отсутствующее умершим) до открытия наследства или если лицо, назначенное наследником, не примет наследства (ст. 424 ГК). В указанных случаях обязанность по выполнению завещательного отказа должна перейти на «под-назначенного наследника».

Возникает вопрос, может ли завещатель возложить такую обязанность на государственный орган или общественную организацию, которых завещатель вправе, по ст. 422 ГК, назначить своими наследниками. Поскольку ст. 423 ГК совершенно ясно указывает, что такая обязанность может быть возложена на «лиц, поименованных в ст. 418», а в ст. 418 ГК речь идет только о наследниках по закону, приходится дать на этот вопрос отрицательный ответ: по действующему праву, завещатель не вправе обязать выполнением завещательного отказа государственный орган или общественную организацию, которым он завещает все или часть своего имущества. Однако с точки зрения желательных законодательных изменений такой порядок, как нам кажется, нуждается в пересмотре.

Почему не допустить, например, установления для государственного музея, которому гражданин завещал свое собрание картин, обязанности выплатить известную денежную сумму дочери завещателя, сумму, значительно меньшую, нежели стоимость собрания картин? В таком и в подобных ему случаях для государственного органа или общественного учреждения не будет уже столь обременительным выполнить последнюю волю завещателя за счет завещанного им имущества.

Вместе с тем можно высказать пожелание, чтобы в будущем законодательстве завещателю было предоставлено право возлагать исполнение завещательных отказов не только на наследников по завещанию, но и на наследников по закону. Почему надо лишать наследодателя права, не завещая конкретным лицам своего имущества, указать все же в завещании, что он возлагает на тех лиц, которые будут его наследниками по закону, обязанность пожизненного содержания известного лица, например, его жены, либо выдачи ей из наследственного имущества определенной суммы денег?

Может ли завещатель возложить выполнение завещательного отказа на наследника, который имеет право на получение обязательной наследственной доли?

Закон не воспрещает завещателю возлагать на такого наследника в порядке ст. 423 ГК выполнение тех или иных обязательств в пользу другого наследника или других наследников. Но завещатель не вправе путем установления завещательного отказа уменьшить причитающуюся такому наследнику обязательную долю. Поэтому, если в силу завещательного распоряжения о возложении на наследника какого-либо обязательства в пользу кого-либо из других наследников будет уменьшена причитающаяся ему обязательная доля, она подлежит восстановлению путем соответствующего уменьшения обязательств по завещательному отказу. Но если наследодатель завещал необходимому наследнику имущество в размере, превышающем стоимость обязательной наследственной доли, то часть этого имущества, превышающая стоимость обязательной доли, может быть обременена завещательным отказом. У гражданина Б. имелись три наследника по закону: две взрослые дочери и нетрудоспособная мать; следовательно, в случае призвания их к наследованию по закону каждый из этих наследников получил бы 7₃ часть наследства. Гражданин Б. завещал свое имущество, состоящее из жилого дома стоимостью 30 тыс. руб., матери, возложив на нее обязанность в течение двух лет после его смерти выплачивать каждой из дочерей по 2 тыс. руб. ежегодно. Таким образом, в течение двух лет мать гражданина Б. должна выплатить его дочерям 8 тыс. руб. Поскольку стоимость полученного матерью гражданина Б. по завещанию имущества превышает на 20 тыс. руб. размер причитавшейся ей обязательной доли (обязательная доля составляла бы 30 000 : 3 = 10 000 руб.), завещательное распоряжение гражданина Б. является действительным.

Из ст. 423 ГК можно сделать вывод, что она допускает возможность установления завещательного отказа только в пользу лиц, не назначенных наследниками по завещанию (в пользу одного, нескольких или всех остальных наследников). Но вряд ли можно все же признать незаконным завещательное распоряжение, обязывающее сестру наследодателя, которой он завещал дачу, выплатить известную сумму денег (одновременно или периодически) брату, получившему по завещанию домашнюю обстановку.

Поскольку, как уже указывалось, при назначении наследника завещатель не связан очередностью призвания наследников к наследованию, надо признать за завещателем аналогичное право и при установлении им завещательных отказов. Поэтому, например, при наличии совершеннолетних детей и брата завещатель вправе назначить наследником брата, возложив на него выполнение завещательного отказа в пользу детей. Возможно установление завещательных отказов и в пользу внуков при наличии к моменту смерти наследодателя его совершеннолетних детей и т. д. В остальном к отказополучателям должны применяться те же общие правила, что и к наследникам; такими лицами могут быть только лица, находившиеся в живых к моменту смерти наследодателя, а также лица, зачатые при его жизни и родившиеся после его смерти. Установление завещательных отказов в пользу посторонних лиц разрешается лишь в тех случаях, когда наследником по завещанию также назначено постороннее лицо.

ГК признает единственную форму для установления завещательного отказа - завещание. Установление завещательного отказа в форме какого-либо иного документа (домашнего или нотариально удостоверенного) не имеет силы. По общему правилу, завещатель устанавливает завещательный отказ в том же завещании, в котором он назначает наследника, возлагая на последнего выполнение известного обязательства в пользу отказополучателя. Но поскольку завещатель не ограничивается в праве составить два или несколько завещаний, причем последующие завещания по содержанию заключающихся в них завещательных распоряжений могут и не отменять ранее составленного завещания, мы считаем возможным, чтобы наследники по завещанию были назначены в одном завещании, а отказополучатели - в другом завещании. В случае смерти завещателя воля его будет установлена на основании всех составленных им завещаний. Если же из текста какого-либо

из составленных им завещаний можно будет установить, что назначение наследника, на которого он возложил исполнение завещательного отказа, им отменено, то, очевидно, отпадает и установление завещательного отказа.

Завещательный отказ обычно рассматривается как сингулярное наследственное преемство.

Считается, что в отличие от наследника как преемника универсального сингулярный преемник не является преемником в совокупности имущественных прав наследодателя, а получает только одно или несколько определенных имущественных прав. Но, как неправильно отмечает Е. А. Флейшиц, это не значит, что определенное имущественное право переходит к указанному наследодателем лицу «в том же составе и объеме, в каком оно принадлежало этому последнему. Иногда это именно так. Но это может быть и иначе: наследодатель мог, например, быть собственником определенной вещи и установить в пользу легатария право пользования тою же вещью»¹. Ранее в качестве примера нами приводился и такой случай, когда завещатель возлагает на наследника обязанность приобрести какой-нибудь предмет и передать его в собственность указанному им в завещании лицу.

В ряде случаев отказополучатель получает не то имущественное право, которое принадлежало самому завещателю, а какое-то иное. Но это право он получает «за счет наследства». Из собственных средств наследник выполнять возложенные на него завещателем обязательства не должен. Получая за счет наследства только известное имущественное право, отказополучатель не обязан, в принципе, нести ответственность по долгам, обременяющим наследство, ответственность, лежащую на наследниках.

Характерным моментом является также и то, что, согласно ст. 423 ГК, отказополучатель получает соответствующую имущественную выдачу не непосредственно от завещателя, а при посредстве наследника по завещанию. Завещатель обязывает кого-либо из наследников по завещанию или всех их выполнить известное обязательство за счет наследства в пользу указанного завещателем лица. Таким образом, при назначении наследника имеет место преемство «непосредственное», при установлении же завещательного отказа преемство в имуществе завещателя является «посредственным».

Закон допускает установление завещательного отказа только в виде предложения наследнику по завещанию выполнить то или иное обязательство. В силу этого наследник является должником, а отказополучатель - кредитором, хотя и кредитором особого рода. В случае же непосредственного предоставления завещателем лицу, поименованному в ст. 418, тех или иных предметов из состава наследственного имущества, это лицо надо считать

Ф л е й ш и ц Е. А. Завещание и легат в советском гражданском праве, стр. 91.

157

наследником со всеми вытекающими отсюда последствиями (обязанность по оплате долгов, обременяющих наследство, в случае принятия наследства наследником и т. д.).

В законе нет каких-либо указаний о порядке, в котором отказополучатель может реализовать установленное в его пользу право. Поскольку, по ГК, установление завещательного отказа возможно только в виде предложения наследнику по завещанию выполнить то или иное обязательство, отказополучатель может приобрести соответствующее право только при условии, если наследник, на которого по завещанию возложена соответствующая обязанность, примет наследство. Если же такой наследник умрет до открытия наследства или не примет наследства, то, по действующему праву, это должно повлечь за собой отпадение завещательного отказа. В нашей литературе уже указывалось на желательность в интересах бережной охраны законной воли завещателя сохранить в этих случаях сделанное им распоряжение в силе¹. Ведь важно, чтобы лицо, которому завещатель хочет что-то оставить из своего имущества, действительно это имущество получило. Не будет одного наследника, может быть другой, который сможет выполнить волю завещателя. В связи с этим было бы желательно установить в законодательном порядке, что в случае смерти наследника как до, так и после открытия наследства, либо при непринятии им наследства, либо при устранении его от наследования, возложенное завещателем на наследника обязательство переходит на других наследников по завещанию или по закону, получивших долю того наследника, на которого было возложено обязательство по выполнению завещательного отказа.

Такое правило должно применяться и в случае смерти подназначенного наследника либо непринятия им наследства.

При таких условиях выполнение завещательного отказа не находилось бы зачастую в зависимости от случайных обстоятельств. Вместе с тем отчетливее подчеркивалось бы положение, что завещательный отказ является обременением наследства (а не только наследника).

Отказополучатель становится кредитором наследника в момент открытия наследства. Каких-либо заявлений с его стороны о желании воспользоваться установленным в его пользу правом не требуется. Отказополучатель делается кредитором наследника в силу закона. Но для того, чтобы стать обладателем установленного в его пользу права, он должен дожить до открытия наследства. Если же отказополучатель умрет ранее завещателя, то установленное завещателем в его пользу право отпадает.

См.: Ф л е й ш и ц Е. А. Завещание и легат в советском гражданском праве, стр. 92.

158

Делаясь кредитором наследника, отказополучатель не может быть, естественно, принуждаем к использованию этого права. Он может от него отказаться, заявив об этом наследнику или нотариальному органу.

По аналогии со ст. 424 ГК, завещателю должно быть предоставлено право указать в завещании второго отказополучателя на случай смерти до открытия наследства первого указанного им отказополучателя или его нежелания воспользоваться установленным в его пользу правом. Если же завещатель такого указания не сделал, завещательный отказ отпадает: наследник освобождается от обязанности передать ту или иную вещь, входящую в состав наследственно -го имущества, или выплатить известную сумму денег, или приобрести и передать затем какой-либо предмет и т. д. В одних случаях, таким образом, получится, что имущество, которое должно было быть передано наследником указанному в завещании лицу, фактически останется в обладании этого наследника; в других же случаях наследник будет освобожден от обязанности расходовать средства наследства на приобретение каких-либо предметов. Но так или иначе это будет означать, что то или иное имущество, предназначенное завещателем в пользу отказополучателя, будет обращено в пользу того, на кого завещатель возложил обязанность исполнения завещательного отказа.

Те же последствия должны иметь место в случаях, когда все завещание или часть его, содержащая установление завещательного отказа, будут признаны недействительными, а также в случае отмены завещателем установленного им завещательного отказа.

Исключением из этого общего правила может быть случай установления завещательного отказа в пользу двух или более лиц при неделимости предмета обязательства наследника; в этом случае при отпадении одного из этих лиц предмет обязательства остается в обладании всех остальных лиц (например, если при предоставлении завещателем права пожизненного проживания двум сестрам в одной комнате дома, завещанного брату, одна из сестер откажется от этого права, то это право будет сохранено полностью за другой сестрой).

Закон не устанавливает срока, в течение которого отказополучатель должен заявить свое требование. Е. А. Флейшиц было высказано мнение, в силу которого целесообразно «считать, что легатарий, уведомленный наследником или иным путем узнавший об установлении в его пользу легата, должен подобно кредиторам наследодателя и под страхом утраты своих прав заявить в шестимесячный со дня его уведомления срок о своем намерении осуществить возникающие из легата права». Иначе говоря, Е. А. Флейшиц предлагала применить к отказополучателю тот же порядок, который установлен в отношении кредиторов наследодателя (прим. к ст. 434 ГК). С этим нельзя согласиться. Шестимесячный срок установлен законом для выявления долгов, обременяющих наследство, о наличии которых, по общему правилу, наследник из содержания завещания узнать не может. В выявлении же возложенных на завещателя обязательств по выполнению завещательных отказов нет необходимости, так как их наличие может быть усмотрено непосредственно из содержания самого завещания¹. В данном случае отказополучателю должен быть предоставлен обычный срок для заявления своей претензии - три года с момента открытия наследства, т. е. с момента, когда у него возникло право требования из завещательного отказа. Если в течение этих трех лет отказополучатель умрет, не успев осуществить своего права, это право переходит к его наследникам на остающийся срок, за исключением тех случаев, когда по своему характеру завещательный отказ был тесно связан с личностью управомоченного лица (например, при установлении права пожизненного пользования жилым помещением в доме, принадлежавшем завещателю).

Как указывалось выше, отказополучатель является в отношении наследника по завещанию его кредитором. Однако его положение как кредитора отличается от положения других кредиторов наследодателя. По существу, требование отказополучателя к наследнику представляет собою требование лица, «одаренного» завещателем. Поэтому оно подлежит удовлетворению только после того, как будут удовлетворены требования кредиторов наследодателя, в основе которых обычно лежат возмездные отношения. Значит наследник должен прежде уплатить долги, обременяющие наследство, и только после этого приступить к выполнению завещательных отказов. Но, конечно, наследник, на которого возложено завещателем выполнение завещательного отказа, обязан выполнить возложенное на него в пользу отказополучателя обязательство только в пределах действительной стоимости полученного им наследства (актива, оставшегося за вычетом долгов, обременяющих наследство). Если же наследник, не зная о наличии таких долгов, удовлетворил требование отказополучателя, а другие кредиторы наследодателя предъявили свои претензии к наследнику, последнему должно быть предоставлено право предъявить обратное требование к отказополучателю, если стоимость наследственного имущества окажется недостаточной для удовлетворения претензий кредиторов.

Согласно существующим правилам, при выдаче свидетельства о праве наследования со стоимости всего наследственного имущества взимается государственная пошлина. Наследник по завещанию, на которого возложено выполнение завещательного отказа, уплачивает государственную пошлину со всей стоимости завещанной ему доли, включая и стоимость имущества, подлежащего выдаче отказополучателю. Но при выполнении завещательного отказа наследник может удержать с отказополучателя часть выплаченной государственной пошлины, падающую на завещательный отказ.

От завещательного отказа надо отличать так называемое «возложение». О «возложении» говорится в ст. 423 ГК, указывающей, что завещатель может возложить на наследников по завещанию исполнение каких-либо действий, направленных на осуществление какой-либо общеполезной цели.

Примером «возложения» может служить завещательное распоряжение, которым завещатель обязывает своих наследников передать из наследственного имущества известную сумму денег на оборудование научной лаборатории или библиотеки. Но «возложением» будет и завещательное распоряжение о порядке использования оставленных завещателем рукописей или переписки.

Как и завещательный отказ, «возложение» обязывает наследника по завещанию к выполнению известного обязательства. Но в то время, как в первом случае всегда имеется в виду обязательство с имущественным содержанием, во втором случае на наследника может быть возложена обязанность совершения действий и неимущественного характера.

Завещательный отказ устанавливается всегда в пользу определенного лица, причем, по общему правилу, таким лицом является кто-либо из наследников по закону; только в тех случаях, когда наследником по завещанию является постороннее лицо, отказополучателем также может быть, как указано, постороннее лицо. При «возложении» существо завещательного распоряжения обычно состоит в исполнении наследником действий, направленных на осуществление общеполезной цели, т. е. цели, преследующей общественные интересы (хотя нет препятствий к установлению возложения и в иных целях). Поэтому при «возложении» указание определенного лица не является необходимым; если же такое лицо завещателем и указывается, то им может быть любое лицо, как физическое, так иИарвдичешюдействий, направленных на осуществление общеполезной цели, может быть возложено завещателем на любого из лиц, назначенных им наследником по завещанию.

Как нами ранее указывалось, если наследник, на которого возложено выполнение завещательного отказа, умрет до открытия наследства или не примет наследства, то это влечет за собой отпадение завещательного отказа. Вместе с тем мы высказались за желательность установления в законодательном порядке правила, в силу которого в случае отпадения по тем или иным причинам наследника по завещанию, на которого завещателем возложено обязательство по выполнению завещательного отказа, это обязательство должно перейти к другим наследникам по завещанию или по закону. Такое правило следовало бы установить и в отношении «возложения», в особенности в связи с тем, что при «возложении» в ряде случаев дело идет о выполнении действий, направленных на осуществление общеполезной цели.

Установление завещательного отказа дает право требовать исполнения обязательства тому лицу, в чью пользу он установлен: это лицо является кредитором в отношении наследника. При «возложении» не возникает обязательственного отношения между наследником и другим лицом; нет поэтому и кредитора, который мог бы потребовать исполнения обязательства в свою пользу. Но, поскольку «возложение» устанавливается для осуществления известной общеполезной цели, требовать его исполнения вправе заинтересованная государственная или общественная организация, а также прокуратура (в порядке ст. 2 ГПК РСФСР). Такое право должно быть предоставлено также исполнителю завещания и сонаследнику.

§ 10. Исполнение завещания

Согласно ст. 427 ГК приведение в исполнение воли наследодателя, выраженной им в завещании, возлагается на самих наследников; при отсутствии в завещании иных распоряжений все наследники в равной мере являются призванными к выполнению завещательных распоряжений.

Но ст. 427 ГК предоставляет завещателю право поручить в завещании выполнение завещания особому лицу - исполнителю завещания. Надобность в этом может возникнуть по различным причинам: тут могут иметь значение соображения о наилучшем обеспечении интересов несовершеннолетних наследников, об облегчении распределения завещанного имущества между многочисленными наследниками и др.

Значение института исполнителя завещания в буржуазном обществе и в СССР совершенно различно. В условиях буржуазного общества переход имущества по наследству является весьма сложной операцией. В составе наследства нередко имеются самые разнообразные имущественные объекты - земли, дома, промышленные и торговые предприятия, акции и другие ценные бумаги, патенты, различного рода права требования. Имущество может быть обременено ипотеками и другими долговыми обязательствами. Прежде чем осуществить раздел наследства между наследниками и произвести из наследства указанные завещателем выдачи, необходимо внести полную ясность в актив и пассив наследства; иногда для этого необходимо провести не один судебный процесс. Поэтому исполнение завещания является не простым делом и требует затраты времени и труда, а также известных навыков и уменья. Как это ясно само собой, институт исполнителя завещания в буржуазном обществе рассчитан на обеспечение класса капиталистов. Для миллионов трудящихся капиталистических стран институт исполнителя завещания не имеет никакого значения, так как им вообще нечего передавать по наследству.

В СССР, как мы знаем, по наследству может переходить только личная собственность, обладающая чисто потребительским характером. Имущество, принадлежавшее советскому гражданину и переходящее после его смерти к его наследникам, состоит из тех объектов, которые перечислены в ст. 10 Конституции Союза ССР; это - трудовые сбережения, предметы домашней обстановки, жилой дом и т. д. Реализация воли завещателя, как правило, не вызывает особых трудностей, а потому и не требует привлечения особого лица - исполнителя завещания. Поэтому на практике завещания с назначением исполнителя завещания встречаются не столь уж часто. Обычно распоряжения завещателя выполняются самими наследниками.

Известный интерес представляет вопрос о юридической природе исполнителя завещания. В буржуазной юридической литературе этому вопросу, в соответствии с той ролью, которую в капиталистических государствах играет институт исполнителя завещания, уделяется много внимания. Подробная сводка различных взглядов буржуазных юристов по этому вопросу и их критика даны в докторской диссертации В. А. Рясенцева «Представительство в советском гражданском праве». Здесь могут быть указаны только основные взгляды буржуазных юристов. Согласно наиболее распространенному направлению буржуазной юриспруденции, в основу юридической квалификации исполнителя завещания (или, как его называли в русской дореволюционной литературе, душеприказчика) кладется идея представительства. Но затем начинаются расхождения. Одни авторы считают исполнителя завещания представителем завещателя (в русской дореволюционной литературе - А. Гордон, Анненков, Гольмстен), другие - представителем наследников (Гуляев), третьи - представителем наследства как юридического лица (Шершеневич).

Все эти «теории» имеют только одно назначение - так или иначе обосновать наилучшее выполнение воли частного собственника, выраженной им в завещании.

Иначе должен трактоваться вопрос о юридической природе института исполнителя завещания в СССР. Институт исполнителя завещания в СССР -особый институт, установленный в советском праве для облегчения выполнения воли завещателя, но вместе с тем и для наилучшего обеспечения интересов наследников, кредиторов наследодателя и других лиц, в пользу которых завещателем были сделаны соответствующие завещательные распоряжения. Таким образом, исполнитель завещания действует в общественном интересе. Этот момент имеет существенное значение для понимания природы института исполнителя завещания в СССР.

Но, во всяком случае, совершенно неприемлема трактовка исполнителя завещания как представителя (все равно - как представителя завещателя или наследников). Представительство возможно только между живыми (ст. 39 ГК); завещатель же умер, следовательно, исполнитель завещания не может быть его представителем. Не является исполнитель завещания и представителем наследников; наследники не дают поручений исполнителю завещания, и последний действует не от их имени, а от своего собственного имени; в некоторых случаях, выполняя завещание, он может действовать и против интересов наследников. Не является исполнитель завещания и представителем самого наследства: советскому праву вообще чужда идея о наследстве как юридическом лице как особом субъекте права.

Основанием прав и обязанностей исполнителя завещания является, согласно ст. 427 ГК, «поручение», данное завещателем исполнителю завещания, - исполнить его волю. Однако, как правильно замечает В. А. Рясенцев, хотя в ст. 427 ГК говорится о «поручении», но договора поручения здесь нет. Никаких прав и обязанностей между завещателем и исполнителем завещания не возникает, как не возникает и возможности требовать исполнения «договора». Под «поручением» же в данном случае следует понимать одностороннее волеизъявление завещателя, с которым закон связывает определенные юридические последствия - возникновение прав и обязанностей у исполнителя завещания, если к этому присоединяются еще два обстоятельства -согласие данного лица на назначение его исполнителем завещания и смерть завещателя.

Назначение исполнителя завещания возможно только в самом завещании. Но для действительности такого назначения требуется, чтобы лицо, назначенное исполнителем завещания, дало на это согласие или в самом завещании, или в отдельном заявлении, приложенном к завещанию (ст. 427 ГК). Однако, как нам кажется, нет оснований считать назначение исполнителя завещания недействительным только по тем соображениям, что при жизни завещателя эти формальности не были выполнены. Если уже после смерти завещателя назначенный им исполнитель завещания выразит свое согласие на это назначение, то такое назначение надо считать действительным.

Возможно назначение в одном завещании и нескольких исполнителей завещания.

Поскольку действия по исполнению завещания заключаются в управлении и распоряжении наследственным имуществом, исполнителем завещания может быть только дееспособное, обычно физическое лицо. Исполнителем завещания обычно назначается постороннее лицо - не наследник по завещанию. Но возможно назначение исполнителем завещания и кого-либо из наследников по завещанию. Нет препятствий к назначению исполнителем завещания юридического лица (например, Академии наук СССР). Основная обязанность исполнителя завещания состоит в передаче наследникам причитающегося им по завещанию наследственного имущества. Но в связи с этим исполнителю завещания приходится в ряде случаев выполнять и некоторые другие обязанности: до момента передачи наследникам причитающихся им частей наследства он осуществляет управление наследственным имуществом, выявляет его актив, предъявляет в случае надобности иски об истребовании наследственного имущества, находящегося в чужих руках, взыскивает долги и т. д. В то же время он выплачивает долги, лежащие на наследстве, и т. д.

Может ли исполнитель завещания получать вознаграждение за свой труд? Мы думаем, что на этот вопрос надо дать в принципе отрицательный ответ: в подавляющей массе случаев и назначение исполнителя завещания, и согласие последнего на такое назначение предполагают наличие между завещателем и исполнителем завещания отношений дружбы, доверия и т. д.; поэтому вопрос о вознаграждении исполнителя завещания не должен был бы возникать. Но, если завещатель сделает специальное распоряжение в завещании о выдаче вознаграждения из наследственного имущества исполнителю завещания, такое распоряжение нет оснований признавать недействительным. Во всяком случае, исполнитель завещания вправе требовать возмещения расходов, понесенных им в связи с охранением и управлением наследственным имуществом.

По предложению наследников, исполнитель завещания обязан представить отчет о своих действиях.

При несогласии наследников с действиями исполнителя завещания они вправе в судебном порядке оспорить его действия. В случае явной неспособности исполнителя завещания к выполнению возложенных на него завещателем обязанностей и, тем более, в случае его недобросовестности по отношению к наследникам не может быть, как нам кажется, отказано по суду в просьбе об устранении исполнителя завещания.

Исполнитель завещания вправе в любое время отказаться от исполнения своих обязанностей.

§ 11. Изменение и отмена завещания

Завещание - акт последней воли гражданина. Поэтому пока гражданин жив, он вправе по своему усмотрению вносить изменения в сделанное им завещание. Он вправе и отменить сделанное им завещание.

Изменение завещания совершается путем составления завещателем нового завещания. При этом соблюдается общий порядок, установленный для составления и удостоверения завещаний (см. § 5 наст. главы). Во вновь составленном завещании завещатель может указать, какие изменения он вносит в ранее сделанные им завещательные распоряжения. Если же он этого не сделает, то надлежит руководствоваться правилом ст. 426 ГК, в силу которого завещание, позднее составленное, отменяет предыдущее, поскольку в последнем не остается распоряжений, не предусмотренных позднейшим завещанием. Отсюда следует, что в случае противоречия между двумя или несколькими завещаниями имеют силу распоряжения последнего по времени составления завещания; распоряжения же более раннего завещания, не находящиеся в противоречии с распоряжениями более позднего завещания, сохраняют свою силу.

Отмена завещания может быть совершена двояким способом: 1) составлением нового завещания, которым отменяется предыдущее; 2) подачей завещателем в нотариальный орган заявления об отмене ранее составленного завещания. Но завещание не может быть отменено путем перечеркивания или физического уничтожения. Наследники завещателя могут получить у нотариуса дубликат завещания, который будет иметь ту же силу, что и экземпляр завещания, выданный нотариусом завещателю. Форма завещания не имеет значения для отмены ранее составленного завещания. Поэтому завещание, удостоверенное нотариусом, может быть отменено путем составления завещания, удостоверенного капитаном морского судна, плавающего под флагом СССР, начальником военного госпиталя и т. д., и наоборот. Что касается отмены завещания путем подачи завещателем в нотариальный орган заявления об отмене ранее составленного завещания, то завещатель может подать такое заявление как в ту нотариальную контору, в которой было удостоверено ранее составленное завещание (наилучший способ), так и в любую иную нотариальную контору; в последнем случае нотариус должен переслать это заявление той нотариальной конторе, в которой было удостоверено отмененное завещание¹.

§ 12. Недействительность завещания

Завещание является сделкой и требует для своей действительности соблюдения ряда условий. Если какие-либо из этих условий не соблюдены, завещание может быть признано недействительным.

Завещание может быть совершено только дееспособным лицом (см. § 3 наст. главы). Поэтому отсутствие у завещателя дееспособности в момент совершения завещания влечет за собой недействительность завещания. Те же последствия имеют место, если завещатель в момент совершения завещания находился в таком состоянии, что он не мог понимать значения совершаемых им действий (ст. 31 ГК).

Завещание - сделка строго формальная. Несоблюдение установленной законом формы завещания делает завещание недействительным. Поэтому является недействительным завещание, сделанное в письменной, но не удостоверенной нотариальным порядком форме, или завещание, сделанное на словах. Недействительным должно быть признано также завещание, удостоверенное нотариусом, но с нарушением установленного для удостоверения завещания порядка, например, когда завещание было предоставлено для удостоверения нотариусу не самим завещателем, а другим лицом, когда при составлении завещания слепым неграмотным завещателем за него расписалось лицо, назначенное им наследником, и т. д.

Недействительно завещание, содержащее в себе распоряжения, противные закону или сделанные в обход закона, или направленные к явному ущербу для государства (ст. 30 ГК).

Должно быть признано недействительным завещание, совершенное под влиянием обмана, насилия или угрозы. При этом не должно иметь значения, кем именно были допущены обман, насилие или угроза - назначенным ли в завещании наследником, отказополучателем или другим лицом.

Не могут быть признаны действительными завещания, составленные с нарушением правил социалистической морали, например, завещание о назначении супруга наследником под условием, чтобы после смерти завещателя он не вступил в брак с определенным лицом.

Признание завещания недействительным производится в судебном порядке.

Иск о признании завещания недействительным может быть предъявлен всяким лицом, непосредственно заинтересованным в признании недействительным завещания. Такими заинтересованными лицами могут быть наследники по закону (наиболее частый случай), а при наличии другого завещания - наследники по этому завещанию. Иск о недействительности завещания может быть также предъявлен финансовым органом, если имеются основания для перехода наследства к государству. Если этого требуют интересы

государства или трудящихся, иск о недействительности завещания может быть предъявлен прокурором (ст. 2 ГПК РСФСР).

Если назначенные в завещании наследники приняли наследство, то они и являются ответчиками по иску о недействительности завещания.

Более сложным является вопрос об установлении надлежащего ответчика по иску о недействительности завещания, если наследники по завещанию не совершили никаких действий, свидетельствующих об их намерении принять наследство. Довольно распространенным является взгляд, что и в этом случае в качестве ответчиков по иску о недействительности завещания должны быть привлечены наследники по завещанию. Но почему они должны быть признаны ответчиками по иску о недействительности завещания? Только потому, что завещателю было желательно назначить их своими наследниками! Привлечение же их к делу в качестве ответчиков, помимо хлопот и траты времени в случае удовлетворения иска, может повлечь для них невыгодные материальные последствия (взыскание с них расходов по производству дела, понесенных истцом - ст. 46 ГПК РСФСР). Может получиться странное положение: наследники по завещанию сами понимают, что завещание будет признано недействительным (например, составленное недееспособным лицом), и все же должунпбущутнноавдвишш судейвещарииходдало в качестве ответчиков влечет для них и другие невыгодные последствия. Признав себя ответчиками, они тем самым как бы изъявляют согласие на принятие наследства, чего бы, может, они в действительности не намеревались делать. Заявив же о том, что они не считают себя ответчиками, наследники по завещанию тем самым как бы заявляют о своем отказе от наследства, чего они, быть может, не имели в виду.

Мы считаем, что в тех случаях, когда наследники по завещанию еще не приняли наследства, иск о недействительности завещания должен быть предъявлен применительно к правилам ст. 29 ГПК РСФСР. Редакцию этой статьи нельзя признать удачной, так как она позволяет сделать вывод, будто бы само наследственное имущество является субъектом права. К такому выводу, в частности, приходит С. Н. Абрамов, утверждающий даже, что «иски к имуществу, оставшемуся после смерти собственника, т. е. к наследственному имуществу, недопустимы, по советскому праву, так как имущество как таковое не признается субъектом права; следовательно, иск может быть заявлен только к правопреемникам умершего».

Конечно, наследственное имущество как таковое советским правом не признается субъектом права. Тем не менее, иски до перехода наследства к правопреемникам умершего, т. е. до принятия его наследниками, вполне

возможны. Кроме иска о недействительности завещания, можно указать в качестве примера еще на тот случай, когда кредитор наследодателя опасается пропуска срока исковой давности по своему требованию. Если для управления наследственным имуществом уже назначен опекун, то на нем и лежит обязанность ответа по иску, предъявленному к наследственному имуществу; если же такой опекун еще не был назначен, то органы опеки должны назначить опекуна для ответа по иску (ст. 69, прим. к ст. 72 Кодекса законов о браке, семье и опеке РСФСР).

Опекун над имуществом умершего, конечно, не является ни представителем самого умершего, ни его имущества, но он оберегает интересы как возможных наследников (по завещанию и по закону) и отказополучателей, так и государства, поскольку в известных случаях оно может стать преемником в имуществе умершего (когда завещатель назначил государство своим наследником и в случае выморочности наследственного имущества).

«Если, однако, назначенный по завещанию наследник умрет раньше открытия наследства, то завещание теряет силу, и для признания его недействительным наследодателю совершенно не нужно обращаться в суд, а следует лишь заявить об этом в нотариальную контору» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 29 мая 1943 г. по делу № 580).

В случае признания судом завещания недействительным к наследованию призываются наследники по закону или наследники по другому завещанию. В некоторых случаях (например, при полном отсутствии наследников) признание завещания недействительным влечет переход наследственного имущества к государству.

При недействительности отдельных завещательных распоряжений надлежит руководствоваться ст. 37 ГК, в силу которой недействительные части сделки не затрагивают прочих ее частей, поскольку можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части. В таких случаях суд, признав данное завещательное распоряжение недействительным, должен тщательно обсудить, насколько этим затрагивается судьба всего завещания в целом, и если он признает, что устранение данного завещательного распоряжения не лишит завещания того основного содержания, которое ему было придано завещателем, то такое завещание должно сохранить свою силу (за исключением недействительной его части).

Соответственно недействительным полностью или в части должно быть признано завещательное распоряжение, составленное с нарушением ч. 2 ст. 422 ГК, т. е. с нарушением правил об обязательной наследственной доле. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда СССР признала, что «если бы даже Глиенко и не утратил права наследования за пропуском срока, установленного ст. 430 ГК УССР, то и тогда завещание могло быть признано недействительным только в части, касающейся той доли, которая причиталась бы несовершеннолетнему при наследовании по закону. Между тем, областной суд признал недействительными завещание и свидетельство о праве наследования в целом» (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда СССР от 12 июля 1952 г. по иску Чеховых к Шапченко о признании недействительным завещания).