18c0693f

Индикаторы страхового мошенничества при рассмотрении заявления на выплату

Рассмотренные выше признаки характеризуют частные случаи, т.е. возможно ли мошенничество по конкретному договору страхования или заявлению на выплату. Однако в работе страховой организации не менее важны показатели за длительный период по страховому портфелю в целом или отдельным его частям, позволяющие судить о структуре мошенничеств, местах их возникновения и юридических "дырках" в условиях страхования. То есть обо всем том, над устранением чего надо работать компании - так, чтобы даже задуманное клиентом или агентом мошенничество не могло быть успешно совершено в будущем.

Принцип анализа страхового портфеля на предмет выявления участков возникновения мошенничества заключается в подсчете убытков и производных из них показателей по различным структурным единицам страховой компании.

Сначала следует определить показатели в целом по портфелю (за анализируемый период):

1. Число убытков.

2. Сумма выплат.

3. Сумма собранных страховых взносов.

4. Число заключенных договоров.

5. Страховая сумма по заключенным договорам.

6. Уровень выплат (отношение показателя 2 к показателю 3).

7. Убыточность страховой суммы (отношение показателя 2 к показателю 5 должно соответствовать тарифной нетто-ставке).

8. Средний размер убытка (отношение показателя 2 к показателю 1 позволяет проверять адекватность устанавливаемых франшиз и лимитов ответственности).

9. Средний размер выплаты на один договор (отношение показателя 2 к показателю 4).

10. Доля досрочно расторгнутых договоров и суммы возвращенной премии по ним.

Те же самые показатели, рассчитанные по результатам работы страховой компании по разным видам страховой деятельности и продуктам в сравнении их со средними по портфелю, позволяют судить о целесообразности сохранения продуктов в портфеле. В целом если слишком большой уровень выплат компании или филиала по сравнению с аналогичным показателем в среднем по данному региону еще может быть как-то объяснен тарифной или маркетинговой политикой, то слишком большой показатель убыточности страховой суммы или выплаты на один договор - это уже достаточно достоверный индикатор страхового мошенничества. Если фирма выплачивает больше конкурентов - переплата попадает большей частью в карман мошенников, а не лояльных клиентов, как хотелось бы представить ее менеджерам.

Однако все вышеперечисленное характеризует выплаты в целом, а для выявления мошенничества необходим анализ: в разрезе подразделений компании, заключающих договоры; территорий; агентств; отдельных агентов (или иных продавцов). По каждому субъекту продаж следует отдельно рассчитывать показатели с 1-го по 10-й, а также средние показатели по данному типу продавцов (уровню продаж). Например, сравнивается число убытков по агенту Иванову со средним числом убытков, приходящимся на одного агента (общее число убытков по договорам, заключенным агентами, деленное на число агентов компании). Следовательно, если агент Иванов "приносит" в 2-3 раза больше страховых случаев или досрочных расторжений договоров страхования, нежели среднестатистический агент, - это уже сигнал о возможном мошенничестве. Также ведется сравнение и по всем остальным показателям. Наиболее информативен для анализа продавцов показатель 9 (средняя выплата на один заключенный договор).

Разумеется, в одном отдельно взятом коротком периоде убыточность портфеля агента Иванова теоретически может быть выше, чем по портфелю компании в целом, по причинам, не связанным с мошенничеством. Страхование есть страхование, убытки - величина случайная. Однако, если превышение большинства показателей наблюдается систематически, этот продавец - мошенник. Правда, компании целесообразно не дожидаться, пока убытки войдут в систему, а начать расследовать деятельность подозрительного продавца сразу же по обнаружении отклонения.

Мошенничество со стороны станции технического обслуживания или медицинского учреждения не связано с заключением договора (продажами). Следовательно, применение показателей, рассчитывающихся с учетом собираемых взносов, по ним бессмысленно. Абсолютные показатели типа числа убытков или общей суммы возмещения тоже малоинформативны. Наиболее интересен для них показатель средней выплаты (или средней суммы счета, выставляемого страховой компании, - он может быть выше среднего, противоречить согласованному прейскуранту и т.п.), а также качественный анализ обоснованности производимых работ (услуг) применительно к заявляемому типу страхового случая, обоснованности срока обслуживания (при оплате работ в нормо-часах или койко-днях) и т.п.



3.3. Экономическая оценка мошенничества

Мы достаточно внимания уделили правовой стороне мошенничества, теперь пришло время обратить внимание на экономическую. Сколько мы реально теряем от мошенничества? И кому эти деньги достаются, а у кого отбираются?

Показатели мошенничества на микроуровне (т.е. с точки зрения оценки выгоды (потерь) страхователя или страховой компании), помимо абсолютных значений страховых взносов и выплат, включают еще ряд расчетных показателей, отражающих не только движение денежных средств, но и достигаемый таким образом эффект.

Для страхователя такими показателями могут служить "абсолютный эффект мошенничества" (АЭ) и "рентабельность мошенничества" (Р), рассчитываемые следующим образом:



АЭ = В - П - З,



где АЭ - абсолютный эффект, В - суммарные выплаты, получаемые

(предполагаемые) за период страхования; П - уплачиваемая совокупная

страховая премия; З - затраты мошенника на незаконное получение выплаты

(взятки, подкупы, расходы на фальсификацию страхового случая, подделку

документов и т.п.)



Р = (АЭ/П + З)(1 - Квер),



где

Квер = Nраскрытых + Nнезавершенных/Nвсех попыток мошенничества



Самое сложное - это определить коэффициент вероятности разоблачения (Квер), показывающий долю раскрытых и незавершенных преступлений в общем числе попыток. Точное число всех попыток мошенничества (удавшихся и неудавшихся) установить невозможно, однако можно воспользоваться приблизительными экспертными данными, характеризующими уровень наказуемости и раскрываемости мошенничеств по определенным видам страхования, в определенном регионе и т.п.

Поскольку (в силу латентности) динамику попыток мы достоверно не знаем, чаще всего коэффициент вероятности оценивается экспертным путем. Так, например, в автостраховании, по мнению некоторых экспертов, "удается одно мошенничество из семи"*(26). В то же время другой путь - отсчет от показателя латентности. Как уже было отмечено выше, МВД оценивает латентность в 95%. То есть раскрывается и доводится до приговора суда пять мошенничеств из 100, плюс какую-то часть страховщики закрывают своими силами - отказами в выплатах без обращения в милицию.

Сам же страхователь свою "вероятность попасться" оценивает субъективно, исходя из имеющейся у него информации и психологического "чувства собственной неуязвимости". С учетом того, что оглашение фактов разоблаченного и наказанного в соответствии с Уголовным кодексом страхового мошенничества для нас в отличие от западных стран пока редкость и общественная мораль обман страховщика "простым человеком" косвенно поощряет, привлекательность мошенничества для страхователя крайне велика, а субъективная оценка риска быть разоблаченным и наказанным - низка.

Для страховщика потери от действий мошенников подразделяются на прямые и косвенные.

Прямые затраты включают:

- суммы "незаконных" выплат;

- расходы на урегулирование убытков по доказанным и недоказанным мошенничествам;

- расходы на содержание подразделений страховой компании, занятых выявлением случаев мошенничества;

- оплата услуг сторонних лиц и организаций (экспертов и т.п.);

- плата за пользование едиными информационными ресурсами;

- взносы в общественные организации по борьбе с мошенниками и др.

Косвенные экономические потери страховщика от мошенничеств включают:

- уменьшение сбыта вследствие завышенных (с поправкой на мошенничество) тарифов;

- уменьшение сбыта вследствие непривлекательных, слишком жестких для клиента условий страхования;

- уменьшение сбыта из-за падения репутации компании, замешанной в скандале, связанном с мошенничеством;

- уменьшение сбыта вследствие раскрытия клиентских баз (в процессе борьбы с мошенничеством) и переманивания клиентов конкурентами и др.

То есть выплаты мошеннику фактически финансирует добропорядочный страхователь. Это за счет уплаченных обычными добросовестными клиентами премий будут производиться выплаты злоумышленникам, ушедшим от наказания. Поэтому в целом обычному клиенту "не все равно", как хорошо поставлена у страховщика работа по предупреждению преступлений, ведь он не заинтересован страховаться в компании с завышенной подверженностью мошенничеству.

Оценка потерь от мошенничества на макроуровне включает в себя:

- повышение тарифов, удорожание страховых услуг по рынку в целом;

- отвлечение (нецелевое использование) средств страховых резервов, которые принадлежат всем страхователям и должны использоваться на правомерные выплаты (сокращение совокупного страхового фонда общества); перераспределение тарифных надбавок (т.е. финансирование убытков по криминально-опасным видам страхования или группам клиентов за счет других, рентабельных, полисов);

- банкротства страховщиков (мошенничества клиентов не могут быть единственной причиной банкротства страховщика, но в сочетании со злоупотреблениями со стороны персонала, неумелым менеджментом, несоблюдением законодательства и обычаев ведения страхового бизнеса и т.п. вполне способны его спровоцировать и ускорить);

- уменьшение вследствие этого налогооблагаемой базы и недополучение налоговых платежей государством;

- ослабление правосознания граждан и криминализация общества;

- уменьшение спроса на страхование из-за падения репутации страховой отрасли в целом и как следствие - оставление в экономике большого количества незастрахованных объектов и некомпенсируемых убытков и др.

Из вышесказанного следует вывод, что страховые мошенничества - проблема государственная, а не узкоотраслевая, как это можно представить на первый взгляд.



4. Психология страхового мошенничества

Страховое мошенничество как многоаспектное общественное явление нуждается в исследовании не только с правовой и экономической, но и с социально-психологической стороны. На недоисследованность проблемы психологии мошенников обращают внимание многие специалисты. В частности, заместитель руководителя Департамента страхового надзора Минфина РФ Павел Бичикашвили определил страховое мошенничество как "социальный феномен" и отметил необходимость "всестороннего исследования мошенничества и привлечения социологов и психологов для исследования причин, подвигающих людей на мошенничество"*(27).

Корни многих трудностей борьбы с мошенничеством находятся в области психологии. Почему же общество так терпимо относится к страховым мошенникам? Какова психологическая характеристика страхового мошенника? Чем поведение мошенника отличается от поведения настоящего "потерпевшего" и как их отличить специалисту по страховым выплатам? А может быть, задача идентификации потенциального мошенника разрешима и на стадии заключения договора, а не только тогда, когда обращение за необоснованной выплатой уже произошло? Мы попытаемся хотя бы частично ответить на эти вопросы в рамках нашего исследования.



4.1. Социально-психологические предпосылки страхового мошенничества

Общество негласно "одобряет" страховое мошенничество. В отношении общества к страховым мошенничествам срабатывает социально-психологический стереотип, характерный и для ряда других преступлений, который мы условно назовем "принцип Ходорковского". Есть определенные виды преступлений, которые, будучи нарушением Уголовного кодекса, тем не менее обывателем как "опасное" деяние не воспринимаются - это уклонение от налогов, преступления в сфере информационных технологий (в том числе пресловутое "хакерство") и т.п. Человек не осознает, что его интересы тоже страдают, когда бюджет недополучает налоги, банки теряют средства в результате взлома компьютерной системы, а страховщики выплачивают мошенникам средства, предназначенные на выплаты честным гражданам.

Преступления против личности, даже не относящиеся к числу особо тяжких, хищения личного имущества и т.п. могут восприниматься в высшей степени остро, потому как их жертвой может стать любой человек. А вот преступления против юридических лиц и особенно против государства, наказания за которые Кодексом предусмотрены даже более серьезные, обыватель воспринимает как абсолютно нормальное явление и жертвой считает не предприятие или государство, а преступника, пойманного и осужденного за то, что с удовольствием и безнаказанно делают все или большинство людей; сочувствует ему; представляет себя на его месте и т.п.

По словам известного адвоката Генриха Падвы, "из преступлений наиболее опасны те, которые угрожают жизни и безопасности личности. Ведь для любого нормального человека важнее, чтобы его и его близких не убили и не покалечили, чем то, чтобы в стране не брали взяток:"*(28). Поэтому логично, что в правовом конфликте "личность - организация" или "личность - государство" считать жертвой и объектом сострадания человек будет, скорее, личность (даже если де-юре она - преступник). А если преступник при этом еще умен и образован, симпатии публики ему гарантированы.

Как показывают исследования РОМИР, связанные с изучением общественного мнения по делу бывшего главы "Юкоса" Михаила Ходорковского*(29), 74% россиян уверены, что использование схем уклонения от уплаты налогов практикуется большинством крупных компаний. При этом уголовное преследование капиталистов по поводам, связанным с приватизацией государственных предприятий, должно начинаться, по мнению 31% опрошенных, только в исключительных случаях, и, по мнению 8%, не должно начинаться никогда. К известию об аресте Платона Лебедева отнеслись безразлично 38%, ничего не знают или затруднились определить свое отношение в сумме 42%, обрадовались 15% и испытали огорчение 5%. В исследовании, к сожалению, не указана структура опрошенных по доходу, но, учитывая результаты других исследований, можно предположить, что эти 5% относятся большей частью как раз к наиболее привлекательному для страховщиков контингенту обеспеченных граждан. И показатель всего 15% обрадовавшихся аресту "ненавистного олигарха и эксплуататора" при крайне большой доле малообеспеченных и недовольных жизнью граждан в целом настораживает еще больше.

Общество склонно недооценивать опасность преступлений против юридических лиц не только в России, но и в западных странах. По данным американских исследователей (R. Andrews, B. Browers), около 30% всех случаев краха предприятий в США были вызваны действиями мошенников, имеет место тенденция к возрастанию доходов от "интеллектуальных" преступлений. Тем не менее там не только общественная мораль, но и киноиндустрия и другие виды популярного искусства продолжают пропагандировать образ преступника-интеллектуала.

И последнее. К преступнику, нарушившему права государства, люди относятся лучше, чем к преступнику, посягнувшему на интересы частного предприятия; ограбивший большую корпорацию менее неприятен людям, чем ограбивший маленькую фирму, а запустивший руку в карман финансовой организации вызывает меньше антипатии, чем разоривший производственное предприятие.

Изначально страховщики воспринимались наравне с небольшими фирмами, т.е. находились не в самом плохом положении. Автогражданка сравняла их с государством. Теперь обманувший страховую компанию (даже не всегда по договору ОСАГО) автоматически приравнивается в сознании публики к борцам за справедливость и права автовладельца.



4.2. Психологический портрет преступника

Безусловно, общественная психология предрасполагает к появлению мошенников. Но кто же он на самом деле - страховой мошенник? Какими личностными особенностями обладает? Чем мотивируется при совершении своих деяний? И в чем заключается специфика личности страхового мошенника по сравнению с обычным мошенником?

Начнем с того, что мошенники вообще (не только в страховании) принципиально отличаются от других категорий преступников. С точки зрения социо-демографических характеристик среди них больше мужчин, немало лиц 30-45 лет, семейных, с высшим образованием (у некоторых даже более одного), материально обеспеченных, обладающих дорогостоящим имуществом. Такое описание во многом напоминает описание "целевого клиента" многих страховых компаний - наиболее желанного контингента страхователей, за привлечение которых страховщики так борются. С этих позиций страховщик, скорее всего, не откажет даже подозрительному клиенту в заключении договора страхования.

Личность мошенника весьма специфична и не лишена привлекательности. Мошенник имеет следующие способности и особенности:

- дар убеждения;

- умение вызывать доверие или уважение (доверие - через симпатию, уважение и страх - через иллюзию силы);

- адаптивность и гибкость;

- умение работать с информацией и быстрое реагирование на меняющуюся информацию;

- умение планировать, обдумывать все до мелочей;

- склонность к риску;

- пониженная тревожность;

- высокий самоконтроль, самообладание, терпение и др.

Это связанно с проявлениями так называемого игрового типа личности преступника*(30). При безусловном наличии и мотивов самоутверждения, и интеллектуального противостояния ведущими мотивами у таких преступников являются:

во-первых, корыстный мотив, решающий задачу обогащения;

во-вторых, неистребимая потребность в риске, азарт игрока.

В ряде случаев постоянный риск является вообще физиологически необходимым для личности мошенника. Такой человек просто не может существовать и хорошо себя чувствовать без получения определенных доз адреналина.

При этом имеет место большая разница в индивидуальном и групповом вариантах мошенничества, а также в распределении ролей в преступном сообществе. "Исполнителем" в мошеннической группе может быть и личность, не обладающая вышеописанными характеристиками. Они более свойственны преступникам-индивидуалам или организаторам преступных групп. А в роли соучастника, исполнителя самой черновой работы может оказаться, например, должник, которого ввиду его неспособности вернуть долг заставили участвовать в преступлении. Или за минимальное вознаграждение привлекаются маргинальные элементы, не способные реально оценивать ситуацию. "Организаторы" же выполняют "интеллектуальную" часть преступления.

В то же время утверждения многих исследователей о высоком интеллектуальном уровне мошенников реальной практикой страховых компаний не подтверждаются. Напротив, с легкостью поджечь собственный дом или отрубить палец ради страховки способны как раз интеллектуально неразвитые индивиды.

Как мы уже говорили выше, страховые мошенничества бывают запланированные и спонтанные. Все вышеописанные характеристики мошенника больше относятся к запланированным преступлениям. А спонтанные страховые мошенничества совершаются практически всеми половозрастными группами: это и мужчины, и женщины, люди с различными социальным положением и доходом. Спонтанные мошенники могут и не осознавать, что они собираются совершить уголовно наказуемое деяние, хотя всегда понимают, что их действия незаконны (как минимум в рамках гражданского права).

Мошенники сами по себе являются хорошими психологами и знают, на какие слабые стороны человеческой натуры можно надавить, чтобы убедить жертву добровольно расстаться с деньгами (малообразованность, невежество, жадность, вера в "счастливый случай", жажда "халявы", лень, азарт, самолюбование, тщеславие, несамостоятельность, суеверия, предрассудки, привычки быть вежливым и соблюдать общественные нормы, ритуалы и традиции, сексуальные инстинкты, комплексы, невротические состояния и т.п.).

Интуитивное "чувствование" личных устремлений жертвы позволяет мошеннику уходить от ответа: человек не любит признаваться в том, что его обманул другой, более умный и удачливый. Многие вообще стараются скрыть факт обмана, жертвой которого они стали, потому что "быть лохом" стыдно. Если жертва обмана - фирма, в частности страховая, то тут, безусловно, этот механизм частично сглаживается, поскольку обманули не лично кого-то, а всех сразу, всю организацию. Но в то же время, чтобы сообщить о факте удавшегося (и впоследствии раскрытого) мошенничества широко, к примеру в прессе или профессиональных объединениях, лицам, принимающим соответствующее решение, приходится предпринять над собой определенное психологическое усилие. Легче всего "Держи вора!", как известно, кричит тот, кто сам - вор, поэтому наиболее безболезненно ввязываются в "разоблачительные" кампании те страховые организации, которые и сами небезупречны в части выполнения своих обязательств перед клиентами.

Кроме того, в отличие от обычных мошенников, чьими жертвами являются неинформированные обыватели, страховому мошеннику приходится решать задачу посложнее - ввести в заблуждение профессиональных сотрудников страховой компании, прекрасно информированных о предмете. Собственно, на разнице в уровне информированности и строится значительная часть мошенничеств вообще, хотя в страховании это не совсем так. Спонтанный страховой мошенник-дилетант, рискнувший "попробовать" обмануть страховщика впервые, возможно, лучше знает об обстоятельствах аварии или иного страхового случая, но плохо знает о порядке выплат, условиях страхования и экспертизы, других страховых случаях и т.п. Следовательно, профессионал его может и "переиграть", поэтому большая часть распознанных, пресеченных или урегулированных в рамках гражданско-правовых отношений страховщиками попыток мошенничества - это именно спонтанные, а не профессионально подготовленные.

Есть и еще одно обстоятельство: персонал, занятый выплатами или проверкой документов, хорошо владеет вопросом и проинструктирован на предмет возможного мошенничества в основном по тем видам страхования, где идет большое число небольших по сумме выплат - авто, ОСАГО, ДМС. А во многих видах имущественного страхования, для того чтобы реально оценить ущерб, необходимо иметь серьезную подготовку именно в той области, в которой реализуется риск страхователя (к примеру, некоторые виды производственной деятельности). Здесь информационное преимущество, безусловно, на стороне страхователя.

Согласно теории рационального выбора, человек рассчитывает не только ценность для себя будущего положительного результата своих действий, но и вероятность наказания в случае неудачи. Страховое мошенничество еще и потому психологически привлекательно, что люди не информированы о том, что это наказуемое деяние. А если и знают о возможности наказания, то, поскольку не так часто слышат о фактах разоблачения и наказания подобных преступников, свою вероятность попасться оценивают невысоко.

Рассмотрим основные психологические типы страховых мошенников и методы борьбы с каждым из них. Наиболее часто встречаются четыре разновидности.

1. Актер. Слезы в его глазах могут быть притворными, но сочувствие к нему у сотрудника страховой компании возникает самое настоящее. Ему в принципе доступна любая роль: не побрезгует и жаловаться, как ему плохо, а в других обстоятельствах, напротив, покрасоваться и произвести впечатление. Бороться с мошенником-актером тем тяжелее, чем выше его актерское мастерство. Он вызывает симпатию, ему действительно хочется верить. Основной метод противодействия - уводить разговор в плоскость фактов, задавать предельно конкретные вопросы и просить детально описывать подробности. До определенного момента его ответы будут безупречны, однако, когда страховщик доберется до той части вопросов, к ответам на которые артист не готовился, он начнет увиливать от ответов, задавать встречные вопросы, пытаться сменить тему, противоречить сам себе и в конце концов запутается. Если же позволить ему вести диалог в эмоциональной плоскости, он с большой степенью вероятности выиграет, сможет убедить страховщика в чем угодно.

2. Скандалист. Ведет себя агрессивно, его лозунг - "Мне все должны!". Может выкрикивать угрозы, сведения о высокопоставленных знакомых, которые помогут наказать страховщика. Может быть де-юре абсолютно неправ, но под таким напором мягкие и интеллигентные сотрудники страховой компании совершенно теряются. Лучшее средство против скандалиста - так называемый срыв программы*(31), когда разговор получает совсем не то продолжение, на какое тот рассчитывал. Скандалист, которому по жизни свойственно агрессивное поведение, приписывает аналогичную позицию и другим, а тех, кто не может ответить равноценной агрессией, считает слабыми и безжалостно подавляет. Следовательно, принимать навязываемую им игру и отвечать агрессией можно лишь в случае, если вы уверены в своей психологической силе и способности победить. Лучше, однако, ее не принимать вообще, а отвечать на поток агрессии ледяной холодностью, равнодушием, спокойной уверенностью в себе. Можно ему дать сначала выговориться, а когда запас брани иссякнет или даже раньше, на самом пике скандала, задать простой и неожиданный вопрос или попросить предъявить документы и т.п. Как и актер, скандалист боится точных фактов.

3. Зануда. Хорошо знает все юридические тонкости и заявляет о готовности подавать в суд на страховщика при отказе. Чтобы вывести зануду из равновесия, надо самому стать еще большим занудой. А для этого надо в первую очередь хорошо знать все тонкости условий страхования, законодательство, опыт других страховых компаний. Страховой профессионал обязан знать это лучше любого клиента. Бороться с "занудой" при помощи обычных фактов и деталей бесполезно, он все тщательно продумал и подготовил, и документы у него в порядке. Следовательно, давить надо на ту часть информации, которая находится вне его контроля: запросы в медучреждения, автосервисы, пожарные и метеослужбы, показания свидетелей и т.п. До конца это проверить и подстроить ему трудно, поэтому легкое преувеличение такого рода информации может заставить его занервничать и выдать себя.

4. Случайный. Он еще не решил, надо ли ему доводить попытку получить что-то от страховщика до конца. Случайный мошенник проводит, скорее, "разведку боем" и проверяет страховщика на прочность: удастся получить деньги - хорошо, не удастся - ну и ладно. Вполне возможно, что он и не знает, насколько противоправны его деяния, а если узнает в процессе работы с ним, то больше не придет. Или придет в другой раз - с уже детально обдуманным новым мошенничеством.



4.3. Особенности поведения реальных и мнимых потерпевших от страховых случаев

Специалистам по страховым выплатам немаловажно знать, как по поведению человека можно отличить "псевдопотерпевшего" от настоящей жертвы страхового случая. Рассмотрим некоторые наиболее характерные поведенческие признаки.

1. Реальный потерпевший пребывает после страхового случая в глубоком стрессовом состоянии. По наблюдениям специалистов страховых компаний, работающих с потерпевшими, человек в первые часы после аварии находится в шоке (именно тогда, пользуясь этим, злоумышленники вынуждают его подписывать свидетельствующие против него документы, например о виновности в ДТП и пр.). Иногда шок наступает не сразу в момент аварии, а спустя полчаса-час - так называемая отложенная реакция на шок, когда человек постепенно осознает, что произошло и какой опасности он подвергался. Затем последующие дни (до трех суток) человек находится в состоянии эмоционального перенапряжения, проявляя реакции, не характерные для него в нормальном, нестрессовом, состоянии. И примерно только на четвертый день, когда первичные стрессовые реакции ослабли, он начинает более или менее адекватно общаться, описывать произошедшее и т.п. При этом его психическое состояние все равно не до конца восстановлено: он подавлен, рассеян, интеллектуально ослаблен, снижена критичность и адекватность восприятия информации, усилено негативное отношение к нейтральным фактам. Мошенник же, напротив, "в тонусе", хладнокровен (хотя может и устраивать наигранные истерики, "отстаивая свои права" на возмещение), собран, мобилизован и рационален. Разумеется, все вышесказанное следует поправлять на индивидуальные особенности психики потерпевшего, его имущественное положение, тяжесть страхового случая, размер ущерба, личное отношение к событию потерпевшего и членов его семьи и т.п.

2. Реальный потерпевший оперирует большим количеством подробностей, излагает их в сумбурном порядке, часто не в состоянии отличить, какие из них нужны страховщику, а какие нет (если он, конечно, сам не профессионал в страховании или хотя бы в юриспруденции). Мошенник точно знает, что относится к делу, а что нет; в описании ситуации - минимум конкретики, его "страховой случай" произошел в отдаленной местности, без свидетелей, без достаточных следов и т.п. И в условиях повальной страховой безграмотности российских граждан, даже просто слишком подробное знакомство клиента с условиями страхования - это уже подозрительный факт (особенно выявившийся до заключения договора страхования и наступления страхового случая - ведь среднестатистический русский человек впервые начинает читать правила страхования только после того, как ему отказали в выплате).

3. Просто "нервный клиент", как правило, проявляет антипатию и противодействие по отношению к страховой компании, ее сотруднику лично или страхованию как таковому, но достаточно равнодушно относится к обстоятельствам дела (исключением здесь может быть разве что эмоциональная настроенность против виновника страхового случая, если он известен потерпевшему либо он кого-то считает таковым, преуменьшая при этом собственную виновность). Мошенник, напротив, препятствует выяснению фактов и "защищает" от настойчивых вопросов страховщика тот информационный массив, который непосредственно связан со страховым случаем. Проявляется это так: мнимый потерпевший, только что обстоятельно отвечавший на вопросы, касающиеся содержания договора страхования, вдруг резко меняет поведение от элементарнейшего вопроса о страховом случае.

4. Есть ряд физиологических и поведенческих признаков напряжения, которые не в состоянии скрыть даже самый азартный и виртуозный обманщик. Как пишут авторы популярной психологической литературы, ложь сопровождается попытками прикрыть лицо, особенно рот; для нее характерны: приподнятая бровь, искривление уголка рта, суженные зрачки, усиленное потоотделение, дрожание конечностей и т.п. - так называемые признаки лжи. Именно на них советуют обращать внимание для предупреждения обычных (не страховых) мошенничеств.

Однако еще раз повторяем: объективно это все-таки признаки не лжи, а напряжения. Ложь может быть первопричиной этого напряжения, а может и не быть. В том и проблема, что пока россиянину страхование непривычно, напряжение всегда сопровождает его контакт с сотрудниками страховой компании. Причины тому - предубеждение, недоверие, ожидание обмана со стороны страховой компании, непривычность действий, связанных с оформлением страховых документов. При обращении за выплатой все это усугубляет еще и общий негативный фон, созданный таким неприятным событием, как страховой случай. Стрессогенен для российского человека и сам факт обсуждения денежных вопросов, тем, связанных с имуществом вообще или "любимой игрушкой" клиента (например, автомобилем), являющейся застрахованным объектом.

Абсолютно у всех обратившихся за выплатой будут признаки напряжения, страха и настороженности - у кого от собственной лжи, у кого от ожидания чужой (страхового работника). В то же время необыкновенное спокойствие может обернуться и хорошей подготовленностью мошенника, и спокойной уверенностью добропорядочного страхователя, ранее имевшего положительный опыт общения со страховыми компаниями, и общей эмоциональной сдержанностью конкретного человека в повседневной жизни вообще.

Итак, поскольку большинство методик выявления лжи фактически диагностируют не ложь, а стресс (а в страховании он есть и у настоящего потерпевшего, и у афериста), отличить обманщика непросто. Проблема также в том, что специалист по выплатам клиента видит впервые, и не может знать, какое поведение для него является обычным, т.е. какой уровень проявления эмоциональности, характеристики речи и невербальных сигналов для него характерны. А вычислить ложь можно именно по отличиям от типичного поведения для данного человека.

Тогда возникает вопрос: а как относиться к пресловутым "признакам лжи", существуют ли они вообще? Конечно, специалисту по выплатам в его повседневной работе были бы очень необходимы такие признаки, однако стопроцентных рецептов здесь нет. В принципе все поведенческие особенности, которые в популярной психологической литературе к этим признакам относят, вполне возможно, для среднестатистического человека и будут типичными реакциями на стресс. Но для конкретного индивида они могут быть его обычным, хотя и не слишком приятным для окружающих стилем поведения (косноязычность, прерывистость речи, уклончивость ответов на задаваемые вопросы, повышенная эмоциональность, нервозность, дрожание рук, непроизвольные движения и жесты, неестественная мимика, сдерживаемая агрессия и т.п.). Мошенник в то же время к контакту со страховщиком серьезно готовился, да и от природы, как мы уже выяснили, может обладать недюжинной способностью вызывать симпатию, доверие или подчинение. Вспомним классический сюжет фильма "Место встречи изменить нельзя": невинно подозреваемый неврастеник Груздев вел себя в полном соответствии с "признаками лжи", декларируемыми популярной литературой, а настоящий преступник Фокс был спокоен и обаятелен.

По мнению американского психолога Пола Экмана*(32), признаков обмана как таковых не существует, а есть только признаки того, что эмоции не соответствуют словам. Обширные проявления несоответствия разных элементов поведения - так называемая неконгруэнтность (когда слова, голос, пластика и проч. передают взаимно противоречивые эмоциональные "сигналы") - позволяют с достаточной степенью достоверности предполагать ложь. Хотя для отдельных невротических личностей, опять же, такой способ поведения может быть абсолютно нормальным.

Как правило, "признаки лжи" проявляются в следующих аспектах поведения:

- содержание слов (оговорки, ошибки "от волнения", полнота и конкретность ответов на вопросы);

- темп речи (смены темпа, паузы, заученные тирады, возбужденная "скороговорка");

- бессодержательная речь (слова - "паразиты", обилие речевых клише);

- тембр голоса и его колебания (взволнованный человек начинает говорить на тон выше и громче);

- мимика (произвольная и непроизвольная, с неоправданными изменениями, несоответствующая произносимому тексту);

- поза (при лжи резко становится принужденной и закрытой, напоминает попытку спрятаться и т.п.).

- жесты (психологи делят жесты на три группы: иллюстрирующие (при лжи они уменьшаются), эмблемные (увеличиваются), манипуляционные (могут количественно измениться и в ту, и в другую сторону); напряженный человек часто совершает необоснованные и не соответствующие произносимым словам жесты, повторяет спонтанные и навязчивые движения);

- реакции вегетативной нервной системы (пересыхание во рту, частое трудное сглатывание, пот, испарина, участившееся дыхание, быстрое изменение цвета кожи).

5. Все это необходимо проанализировать не только само по себе, но и главное - в контексте реакции на задаваемые вопросы. Вопросы - это вообще обязательный атрибут работы с клиентом. Профессиональный переговорщик задает вопросы о причинах и обстоятельствах чего-либо, а непрофессиональный начинает строить собственные предположения, фантазировать и в конечном счете ошибается. Поэтому задавайте вопросы желательно неожиданные, непоследовательные, перескакивающие с темы на тему. Если клиент "забуксовал" с ответом на простейший вопрос - это признак верного направления ваших подозрений. Уклонение от прямых ответов на вопросы - тоже признак испуга (хотя, разумеется, везде могут быть исключения или своим вопросом вы просто затронули слишком значимую для человека тему, не связанную с мошенничеством).

6. Клиент, который "безумно торопится", скорее всего, тоже играет. Пока у нас в стране визит к страховщику рассматривается обычным гражданином как нечто сродни визита к зубному врачу - событие нетипичное и неприятное. А в очереди к стоматологу не особенно торопятся. Только тут еще помимо общего негативного эмоционального фона во власти страховщика принятие решения: выплачивать или не выплачивать деньги. Но через несколько лет обращение в страховую компанию и у нас станет делом обыденным.

7. Еще один эффективный прием - направлять на переговоры с проблемным клиентом сразу двух сотрудников. Речь идет, естественно, не об игре в "злого полицейского и доброго полицейского", а о несколько другой задаче. Пока один ведет собственно переговоры - задает вопросы, слушает клиента, находится в непосредственном контакте, записывает фактические сведения, просматривает и демонстрирует страховые документы и т.п., второй наблюдает за поведением клиента. Его задачей является фиксировать информацию, касающуюся того, как клиент себя вел, при обсуждении каких вопросов его поведение резко менялось, перед ответами на какие вопросы он выдерживал паузы (чтобы подумать) или, напротив, необоснованно быстро "выпаливал" заготовленный ответ и т.п.

Подводя итоги, следует выделить три главных поведенческих признака недобросовестного клиента: неконгруэнтность (несоответствие вербального и невербального ряда, а также их элементов между собой); резкое изменение поведения в течение беседы (в т.ч. временное); несоответствие фактов (даже самое минимальное), выявленное при ответах на вопросы.

Однако, возвращаясь к началу разговора о том, как на психологию клиента влияет общепринятое отношение населения нашей страны к страхованию вообще, следует отметить еще одно малоприятное наблюдение. Эмоциональное напряжение, вызываемое необходимостью лгать, сопровождает только ситуацию, когда человек сам не принимает свою ложь, испытывает дискомфорт от роли обманщика и в конечном итоге непроизвольно сам себя выдает. Если же человек к роли готовился, он чувствует себя увереннее, а если еще и считает, что лжет во имя "правого дела" - к примеру, восстанавливает нарушенную справедливость или хочет материально обеспечить себя и семью, то и достоверность его действий все более и более увеличивается. И многие хорошие обманщики в момент произнесения лживых слов на время сами начинают искренне в них верить. Еще одной причиной ситуаций, когда обманщик непроизвольно выдает себя и боится разоблачения, является стыд - страх того, что публика его осудит, когда он попадется. У страхового мошенника вся тревожность ограничивается страхом уголовного наказания (реальную возможность и вероятность которого, как мы уже говорили, он оценивает невысоко), а такой элемент, как общественное порицание, отсутствует в принципе: даже если он и будет разоблачен, общество его не осудит.



5. Международная практика борьбы со страховыми мошенниками

Размеры ущерба, наносимого мировому страховому рынку мошенническими действиями, заставили мировое страховое сообщество заняться исследованиями данной проблемы и созданием инфраструктуры, ориентированной на борьбу с этим негативным явлением. Согласно данным Национального бюро по преступлениям в сфере страхования США, убытки от страхового мошенничества составляют около 100 млрд. долл. ежегодно. Оно занимает второе место по распространенности среди экономических преступлений в США (первое занимает уклонение от уплаты налогов).

Европейский комитет по страхованию оценивает убытки от мошенничества в Европе в 2% всех годовых страховых премий в странах Европейского Союза, причем как минимум 10% всех оплаченных претензий были получены мошенниками. В Германии, согласно специальной уголовной статистике, ежегодно совершается от 7,5 до 9 тыс. случаев мошенничества, это составляет примерно 6-8% от всех выплат.

Зарубежные методы борьбы с мошенничествами весьма многообразны и проверены многолетней практикой. Для целей данного исследования они нуждаются в группировке, систематизации и анализе.

По нашему мнению, все используемые в практике развитых стран методы следует сгруппировать следующим образом:

- правовые;

- общественные;

- внутрикорпоративные.

Правовые методы. В эту группу мы выделили методы борьбы с мошенничеством путем введения соответствующих норм уголовного права, непосредственно относящихся к страховым мошенничествам.

В большинстве стран, как и в России, страховые мошенничества и санкции за их совершение определяются обычными нормами уголовного права, предусматривающими ответственность за мошенничество вообще (то же относится и к другим страховым преступлениям). Однако в ряде стран страховое мошенничество включено в уголовные кодексы как самостоятельный состав преступления. Там действуют нормы, определяющие страховое мошенничество (а в некоторых странах - и иные страховые преступления) как отдельный вид, со своими квалифицирующими признаками и мерой ответственности:

- статья 11 гл. 9 УК Швеции предусматривает ответственность за приготовление к совершению мошенничества лица, которое для обмана страхового общества или с иными мошенническими намерениями причиняет телесные повреждения себе или другому лицу или наносит ущерб имуществу, принадлежащему ему или другому лицу;

- статья 151 УК Австрии ("Злоупотребление страхованием") предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до 6 месяцев или штраф до 360 дневных норм за преднамеренное разрушение или повреждение застрахованного имущества, или за нанесение себе или другому лицу телесных повреждений, или за иное причинение вреда здоровью;

- статья 265 УК Германии ("Обман с целью получения повышенной страховки") выделяет поджог как наиболее общественно опасный вид страхового мошенничества;

- статья 183 УК Китая, предусматривающая наказание за преступления, совершенные работниками страховой компании, по организации страхового случая и присвоения страховой выплаты (лишение свободы до пяти лет) и ст. 198, устанавливающая ответственность за страховое мошенничество со стороны страхователя (наказанием может быть лишение свободы на срок свыше 10 лет - самое жесткое наказание в мировой практике за данный вид преступлений);

- статья 213 УК Болгарии предусматривает наказание за уничтожение или повреждение застрахованного имущества;

- статья 298 УК Польши предусматривает уголовную ответственность того, кто с целью получения компенсации по договору страхования вызывает происшествие, являющееся основанием для выплаты такой компенсации;

- статьи 327-328 УК Голландии и др.

В США данный вопрос регулируется на уровне штатов, а не федерального законодательства. Поэтому ответственность за страховое мошенничество в разных штатах отличается. Кроме того, типичной чертой американской системы является то, что там отводится место и законодательным нормам, и действиям специально созданных государственных органов и общественных институтов саморегулирования страхового рынка. Например, законом штата Флорида, где мошенничество при предъявлении страховой претензии считается уголовным преступлением третьей степени, страховщики могут заявлять о любых подозрительных претензиях в специальный отдел страхового департамента этого штата, занимающийся расследованием таких случаев.

В штате Кентукки, на который так часто любят оглядываться российские специалисты при сравнении отечественной ситуации с западной, законодательно предписано (Актом KRS 304.47-080) всем страховым компаниям создавать специальные отделы для рассмотрения мошеннических претензий, подаваемых на возмещение страхователями или службами ремонта. Если после экспертизы, проведенной страховой компанией своими силами или через привлеченных сторонних экспертов, остаются сомнения в наличии страхового случая, выплаты не происходит, а дело передается в Департамент страхования штата Кентукки для расследования (ежегодно рассматривающего около 500 таких претензий).

Общественные методы. Методы этой группы осуществляются за счет всех или группы страховщиков, а также за счет средств объединений страховщиков и служат для предупреждения и раскрытия мошенничеств вообще, т.е. фактически работают в пользу всех страховых компаний или их части (например, операторов рынка автострахования и т.п.).

Они включают:

- составление "черных списков" неблагонадежных страхователей и агентов;

- создание единых баз данных застрахованного автотранспорта;

- создание общественных организаций по борьбе со страховыми мошенничествами на региональном, национальном и международном уровнях;

- обеспечение соблюдения принципа гласности раскрытых мошенничеств (т.е. предание огласке разоблаченных фактов мошенничества и наказание преступников, отдельно огласке предаются неудавшиеся и курьезные случаи мошенничества).

Центральным звеном "общественной" системы контроля и предупреждения являются единые банки данных по клиентам и автотранспорту, однако обратной стороной этого метода неизбежно становится раскрытие клиентских баз и потеря клиентов (уход к конкурентам). Развитые в страховом отношении страны этому менее подвержены, клиент "держится" за своего страховщика. А в относительно недавно внедривших ОСАГО странах такая проблема есть. Тем не менее в ряде европейских стран (Австрии, Великобритании, Греции, Финляндии, Исландии, Португалии, Испании и Швеции) страховые компании имеют доступ к национальным базам и учетам по владельцам автомобилей, а при прохождении процедуры регистрации автомобилей полиция в обязательном порядке истребует страховые документы*(33).

В США существует ряд общенациональных баз данных, часть из которых за небольшую плату может быть доступна любому лицу. Через Интернет-сайты (например, www.autocheck.com и www.auto. consumerguide.com) можно отправить запрос на любой автомобиль и узнать всю его предыдущую историю - попадал ли он в аварии, пожары, стихийные бедствия, как и когда менял собственников и регистрировался.

Внутрикорпоративные методы. Меры этой группы осуществляются силами конкретной страховой компании для снижения собственных потерь от действий мошенников и необоснованных выплат. В целом они мало отличаются от принятых в российской практике (рассмотренных выше), однако масштабы их применения, затраты на проведение соответствующих мероприятий, а значит, и экономия на выплатах в результате их реализации исчисляется сумами, в десятки раз превышающими среднероссийские показатели.



Заключение

Распространение страхового мошенничества в России пока что не приобрело масштабов, угрожающих развитию национального страхового рынка. Как показывает опыт развитых стран, по мере расширения страховых операций растут и размеры потерь от мошеннических действий. При этом, хотя непосредственной жертвой такого рода преступлений является страховая компания, в конечном счете больше всего страдают добропорядочные клиенты страховщиков, поскольку именно из средств уплаченных ими взносов осуществляются выплаты мошенникам.

Проведенное исследование дает возможность сделать вывод о необходимости и возможности выявления, наказания и предупреждения мошенничеств в сфере страхования, пока масштабы бедствия позволяют бороться с ними с минимальными затратами. Способы противодействия конкретным видам страховых преступлений были рассмотрены выше, поэтому далее мы обобщим меры противодействия мошенничеству как рыночному явлению в целом.

Мнение ряда экспертов о необходимости введения в уголовное право норм о "страховом мошенничестве" по аналогии с правом развитых стран, по мнению автора, является необоснованным. Действующее законодательство РФ вполне позволяет эффективно бороться со страховыми мошенничествами (и со всеми иными преступлениями, связанными со страхованием и рассматривавшимися в настоящей работе) в рамках действующей правовой базы. Другое дело, что применение этих норм, безусловно, могло бы и должно быть более активным.

Необходимо совершенствовать и развивать взаимодействие между правоохранительными органами и страховыми организациями. К сожалению, репутация страхования как сферы деятельности в глазах правоохранительных органов невысока, что осложняет сотрудничество.

Страховым компаниям в типовых формах договоров страхования, заявлений о страховании и о страховой выплате следует более четко оговаривать ответственность страхователя за предоставление ложных сведений об объекте страхования и обстоятельствах страхового случая, предупреждать клиента о последствиях его неправомерных действий. Такое "предупреждение" часто кажется страховщикам излишним, поскольку дополнительная негативная информация может "отпугнуть" клиента от приобретения и без того пользующейся невысоким спросом страховой услуги. При этом на права страховщика оно вроде бы и не влияет: независимо от того, было ли это специально оговорено, ответственность за достоверность сведений и документов несет страхователь. И страховщик имеет право на защиту своих интересов в суде (по гражданскому или уголовному делу в зависимости от наличия состава преступления). Тем не менее этой возможностью не стоит пренебрегать, так как подобные оговорки имеют огромное превентивное значение. Страхователь, информированный таким образом о своей ответственности, о противоправном характере возможных с его стороны злоупотреблений и т.п., будет сознавать, что, нарушив это условие, он совершает наказуемое (в том числе и уголовно) деяние.

Для предупреждения мошенничеств и иных противоправных действий со стороны страхователей, посредников и штатных сотрудников имеет значение организационная структура страховой компании. Наиболее криминально опасно такое построение компании, при котором одни и те же подразделения (сотрудники) занимаются и работой с клиентами (заключением договоров страхования), и оценкой (отбором) рисков, и установлением тарифов (андеррайтингом), и урегулированием убытков. Эти функции связаны с реализацией прямо противоположных интересов, поэтому они обязательно должны быть разнесены по исполнителям (если компания небольшая) или по независимым структурным подразделениям (условно говоря, "отдел продаж", "отдел андеррайтинга" и "отдел выплат"). В практике многих российских страховщиков действия по отбору рисков и решению о принятии объекта на страхование вообще минимальны, и часто по массовым видам типов страхования автотранспорта, дач и т.п. производятся самими специалистами, заключающими договор. Поэтому для профилактики мошенничеств уровень страхового андеррайтинга надо повышать и совершенствовать его организацию.

Кроме того, страховой компании, в особенности если она занимается заключением договоров автострахования с физическими лицами, целесообразно организовать такие подразделения, как "отдел криминальной экспертизы", другие экспертные подразделения, а также предусмотреть наличие договорных отношений с независимыми профессиональными организациями экспертов по различным направлениям, аварийными комиссарами, сюрвейерами и т.п. Хороший эффект дает подключение службы безопасности компании к вопросам урегулирования убытков и выявления недобросовестных страхователей, посредников и сотрудников.

Индивидуальный подход к заключению договоров и тщательное выяснение всех сведений о страхуемом объекте или лице гарантирует снижение числа мошенничеств. Но для реализации этого необходимого, чтобы сотрудники страховщика были соответствующим образом подготовлены, лично заинтересованы и хорошо контролируемы. Поэтому эффективная кадровая политика тоже в определенной мере является средством профилактики мошенничеств.

Использование этих и иных, в том числе западных, внутрикорпоративных методов противодействия страховому мошенничеству, порождает следующую проблему. Российский страховщик (в отличие от его западного коллеги, ориентированного на безусловное обеспечение безопасности компании) стоит перед дилеммой: что важнее - максимизация продаж (поступлений) или защита от недобросовестных страхователей. На первый взгляд для России это задачи взаимоисключающие. Действительно, страховщики, стремящиеся застраховать максимальное число объектов, и выплачивают мошенникам больше. В то же время включение в договор "непопулярных" условий, тщательное выяснение всех обстоятельств, да и просто большое число отказов в выплатах в спорных случаях отрицательно отражаются на объеме сбыта и имидже страховщика, который, "сэкономив" на выплатах, теряет на сборах. В некоторых случаях страховщик вообще доходит до крайности: условия страхования и текст договора составляются таким образом, что по ним трудно вообще что-либо получить даже честному страхователю. Поэтому, учитывая также завышение тарифов, полупринудительный сбыт и жесткий андеррайтинг у таких страховщиков, их политика оказывается направленной на минимизацию не только "мошеннических", но и вообще любых выплат, что согласитесь, может быть, напрямую и не нарушает закон*(34),  но уж никак не соответствует сущности страхования.

В условиях развитых западных рынков задачи противодействия мошенничеству и улучшения финансовых результатов деятельности страховщика не только не противоречат друг другу, а напротив: снижение выплат за счет недопущения мошенничеств улучшает технический результат страхования и уменьшает убыточность, что позволяет снизить тарифы для клиентов, а следовательно, привлечь большее количество страхователей и за счет этого увеличить поступления.

По мере развития российского страхового рынка в практику отечественных компаний целесообразно постепенно внедрять все применяемые на Западе методы борьбы с мошенничеством. Не все из них можно автоматически переносить на российскую почву, не учитывая национальные особенности. Например, гласность мошенничеств (т.е. предание огласке раскрытых фактов мошенничества и наказание преступников) в России будет иметь два типа последствий. С одной стороны, безусловно, информация о том, что мошенничества раскрываются и наказываются, может оказать воспитательное действие и остановить преступника. Но, с другой стороны, в России подобная информация может и, наоборот, послужить толчком к преступлению, вызвать желание незаконно обогатиться за счет страховщика у лиц, до того и не помышлявших о преступлении (в силу того что в России люди вообще очень мало знают о страховании). Поэтому если и нужно применять такой метод, то весьма осторожно: давать минимальную информацию, без подробного описания "технологии" совершения мошенничества, но с акцентированным вниманием к разоблачению и наказанию преступника.

Однако основным критерием целесообразности проведения мероприятий против мошенничеств является все же финансовый, а не правовой. Дело в том, что систематические мероприятия, принятые на Западе, связаны с достаточно серьезными затратами для страховщиков, особенно на начальном этапе. Окупятся они в любом случае только в долгосрочном периоде. При этом рентабельность достаточно тесно зависит от объемов страхования: чем крупнее компания, тем больше она теряет от мошеннических действий клиентов, тем быстрее окупятся затраты на борьбу с ними (не говоря уже о том, что и доля таких затрат в обороте крупной компании будет небольшой). Мелким и средним компаниям в качестве меры противодействия целесообразно выбирать жесткий андеррайтинг и внутренний контроль либо вообще не заниматься наиболее криминогенными видами страхования.

В целом в России объективным фактором, сдерживающим профилактику мошенничеств в страховании, является именно низкая рентабельность и длительная окупаемость подобных мероприятий, а также недостаточная капитализация страхового рынка вообще.



Приложение



Тест "Уязвимость страховой компании для действий мошенников"

Проверьте, насколько ваша страховая компания уязвима для преступных посягательств со стороны мошенников, ответив на вопросы:

1. Компания занимается автострахованием (в том числе ОСАГО)?

2. Выделены ли в структуре компании отдельные специализированные подразделения по продажам, андеррайтингу, выплатам и урегулированию убытков, экспертизе и расследованию страховых случаев?

3. Есть ли в компании практика, когда одно и то же подразделение (или один и тот же сотрудник) занимается и работой с клиентами, и отбором рисков, и урегулированием убытков?

4. Число договоров с физическими лицами составляет более 10% от общего числа договоров?

5. Договоры с юридическими лицами приносят более 70% поступлений страховой премии?

6. Компания имеет договорные отношения или налаженные контакты с независимыми оценщиками, экспертами, сюрвейерами и т.п.?

7. В компании применяется ограничение размера страховой суммы по индивидуальному личному страхованию?

8. Компания имеет более 50 активно работающих страховых агентов?

9. Есть ли в компании служба безопасности, которая привлекается к вопросам предупреждения и выявления мошенничеств?

10. Проводится ли предварительный анализ финансового положения страхователя при заключении особо крупных договоров?

11. Практикуется ли страхование только от отдельного риска (к примеру, только от угона или только от пожара и т.п.) по выбору страхователя?

12. Практикуется ли страхование нестандартных рисков или предоставление страхователю возможности заключать договор на условиях, существенно отличающихся от стандартных?

13. Есть ли в компании филиалы и региональные представительства, образованные менее года назад?

14. Применяется ли в компании серьезная система финансового и юридического контроля за филиалами и региональными представительствами?

15. Производит ли компания автоматическую оп-лату всех счетов (медицинских, ремонтных и т.п.) независимо от того, связаны ли они со страховщиком договорными отношениями, предоставляет ли страхователю возможность свободного выбора ремонтной организации и т.п.?

16. В разработке страховых продуктов непосредственно участвуют юристы?

17. В системе выплаты агентских вознаграждений и премиальных учитывается фактор убыточности по приносимым агентом договорам?

18. Сотрудничает ли компания с государственными и правоохранительными органами (дорожными, пожарными, судебно-медицинскими, спецслужбами и т.п.)?

19. Прирост поступлений страховой премии в компании за последний год составил более 30%?

20. Проигрывала ли компания судебные процессы вследствие неквалифицированного составления текстов ее правил страхования, договоров и полисов?

21. Перечень сведений об объекте страхования в заявлении на страхование (анкета, заполняемая клиентом) по большинству видов страхования содержит менее 12 позиций?

22. Перечень вопросов об обстоятельствах страхового случая в форме заявления на выплату содержит менее 8 позиций?

23. Предупреждается ли страхователь о своей ответственности за сообщение ложных сведений, умышленные действия, направленные на наступление страхового случая, и т.п. до заключения договора страхования?

24. Компания заключает договоры страхования без осмотра имущества?

25. Компания принимает к оплате счета только с теми из сервисных, ремонтных, медицинских и др. организаций, с которыми у нее есть договорные отношения?

26. Компания проводит выборочные детализированные проверки счетов медучреждений или сервисных организаций?

27. В компании есть система анализа показателей работы агентов, филиалов, сервисных служб и т.п., позволяющих выявлять участки возникновения повышенной убыточности и необоснованных выплат?

28. Компания принимает участие в прямом финансировании мероприятий, направленных на предупреждение страховых случаев?

29. Компания принимает на работу агентов и иных специалистов без предварительного отбора и контроля?

30. Обменивается ли компания с другими страховыми-компаниями данными по фактам страхового мошенничества, подозрительным страховым случаям?

31. Участвует ли компания в работе общественных организаций страховщиков, занимающихся борьбой со страховыми мошенничествами?

32. Компания заключает договоры на срок один месяц и менее?

33. В компании действует жесткая система контроля использования и списания продающим персоналом бланков строгой отчетности (полисов, квитанций)?

34. Бланки строгой отчетности (полисы, квитанции) хранятся с соблюдением необходимых правил безопасности?

35. Ведет ли компания детальный учет по лицевым счетам агентов, включая учет денежных средств, состояния портфеля агента, выдачи бланков строгой отчетности и др.?

36. Компания активно предоставляет клиентам преференции вида "Льготный месяц перезаключения договора на следующий год" и т.п., дающих право пролонгировать договор после страхового случая?

37. В компании применяются единые утвержденные методики оценки ущерба при страховом случае (в т.ч. те, о которых страхователь уведомляется до заключения договора)?

38. Бланки страховых полисов хорошо защищены от подделки и исправлений?

39. Страховая организация ведет активную рекламную кампанию?



Начислите по одному баллу за каждый ответ "да" на вопросы 1, 3, 4, 8, 11, 12, 13, 15, 19, 20, 21, 22, 24, 29, 32, 36, 39 и за каждый ответ "нет" на вопросы 2, 5, 6, 7, 9, 10, 14, 16, 17, 18, 23, 25, 26, 27, 28, 30, 31, 33, 34, 35, 37, 38 и подсчитайте сумму набранных баллов.

Менее 8 - тестируемая компания практически неуязвима для преступных посягательств мошенников.

8-14 - тестируемая компания нормально защищена, следует подкорректировать отдельные стороны работы с персоналом, документами и информацией.

15-21 - уровень готовности компании к противодействию мошенничеству средний, возможно, ей следует отказаться от части послаблений клиентам и маркетингово-привлекательных ходов с тем, чтобы снизить число выплат мошенникам.

22-28 - компания достаточно уязвима к действиям мошенников, ориентируется только на максимизацию продаж, пренебрегая защитой от противоправных действий клиентов и собственного персонала.

Более 28 - компании следует срочно менять отношение к безопасности бизнеса и всерьез заняться профилактикой мошенничеств.



Литература

1. Уголовный кодекс Российской Федерации.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации.

3. Федеральный закон РФ от 27 ноября 1992 г. N 415-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (в ред. Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 172-ФЗ).

4. Алгазин А.И., Галагуза Н.Ф., Ларичев В.Д. Страховое мошенничество и методы борьбы с ним. М., 2003.

5. Безбах В.В., Пучинский В.К. Основы российского гражданского права: Уч. пособие. М., 1995.

6. Галагуза Н.Ф., Ларичев В.Д. Преступления в страхо-вании. М., 2000.

7. Гаухман Л. Уголовное право: Уч. пособие. М., 1999.

8. Гомелля В.Б. Основы страхового дела. М., 1998.

9. Ларичев В.Д. Мошенничество в сфере страхования. М., 1998.

10. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности (комментарий к гл. 22 УК РФ). Ростов-на-Дону, 1999.

11. Митрохин В.К. Внимание! Страховое мошенничество. М., 1995.

12. Новое уголовное право России. Общая часть: Учебное пособие//Под ред. Н.Ф. Кузнецовой. М., 1996.

13. Страховое дело//Под ред. проф. Л.И. Рейтмана. М., 1992.

14. Фогельсон Ю.Б. Введение в страховое право. М., 1999.

15. Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2000.

16. Фурсов Д.А. Страхование. Подготовка дела к судебному разбирательству (Пособие для судей арбитражных судов). М., 1997.

17. Шахов В.В. Страхование. М., 1997.

18. Шиминова М.Я. Основы страхового права в России. М., 1993.

19. Шиханцов Г.Г. Юридическая психология. М., 1998.

20. Экман П. Психология лжи. СПб., 2001.

21. Жилкина М.С. Агент на крючке Фемиды//Русский полис. 2003. N 3.

22. Жилкина М.С. Имущественный полис под микроскопом//Русский полис. 2002. N 3.

23. Жилкина М.С. Личный интерес//Русский полис. 2003. N 7.

24. Жилкина М.С. Оформляем агентский договор//Русский полис. 2001. N 12; 2002. N 1.

25. Жилкина М.С. Подводные рифы страховой документации//Русский полис. 2001. N 9.

26. Жилкина М.С. Показатели оценки эффективности страхования рисков для предприятия-страхователя//Финансовая газета - ЭКСПО. 2000. N 12.

27. Жилкина М.С. Спокойствие имущих//Русский полис. 2002. N 11.

28. Жилкина М.С. Страховой агент в правовом поле//Русский полис. 2001. N 10.

29. Жилкина М.С. Страховой агент в правовом поле - 2//Русский полис. 2001. N 11.

30. Жилкина М.С. Турист и закон//Русский полис. 2002. N 6.

31. Кувшинова О. Агенты и клиенты оформляют "развод"//Деловой Петербург. 2001. N 63.

32. Ларичев В., Галагуза Н. Борьба с мошенничеством в сфере страхования//Финансовый бизнес. 1999. N 7.

33. Лопашенко Н.А. Мошенничество в сфере страхования//Закон. 2002. N 2.

34. Меньшикова Н. Плач страховщицы, или Кто и как зарабатывает на фиговых листках//Горячая линия. Туризм. 2001. N 1-2.

35. Нецветаев А.Г., Жилкина М.С. Особенности правового регулирования деятельности страховых посредников//Юридический мир. 1999. N 1-2.

36. Нецветаев А.Г., Жилкина М.С. Собираясь в дальний путь, про страховку не забудь//Бизнес-адвокат. 1998. N 19.

37. Погосьян Н. Мошенничество//Страховое ревю. 2001. N 1.

38. Соболева Л. Как мошенники обманывают страховщиков//Страховая газета. Дек. 1999 - янв. 2000. N 2.

39. Федоткин Д.В. Экономико-криминологический анализ страхового рынка России (1993-1999 гг.)//Обзор рынка безопасности. 2000. N 8.

40. Материалы Конференции по проблеме страхового мошенничества от 23 ноября 2000 г. М., 2000.

41. Материалы журнала "Новости о страховании" и дайджеста публикаций "О страховании" 1999-2004 гг.

42. Материалы Интернет-сайтов: www.insurancecon-sulting.ru, www.allinsurance.ru, www.insur-today.ru, www.rinti.ru/insur, www.insur.ru, www.ins-union.ru.



*(1) Gazeta.ru. 2003. 23 окт.

*(2) Погосьян Н. Мошенничество//Страховое ревю. 2001. N 1. С. 30; Алгазин А.И., Галагуза Н.Ф., Ларичев В.Д. Страховое мошенничество и методы борьбы с ним. М., 2003. С. 213 и др.

*(3) Алгазин А.И., Галагуза Н.Ф., Ларичев В.Д. Указ. соч. С. 8.

*(4) Митрохин В.К. Внимание! Страховое мошенничество. М., 1995. С. 6-7.

*(5) См., например: Ларичев В.Д. Мошенничество в сфере страхования. М., 1998; Ларичев В., Галагуза Н. Борьба с мошенничеством в сфере страхования//Финансовый бизнес. 1999. N 7. С. 57-60 и др.

*(6) См., например: Галагуза Н.Ф., Ларичев В.Д. Преступления в страховании. М., 2000. С. 48-49.

*(7) Галагуза Н.Ф., Ларичев В.Д. Указ. соч. С. 50.

*(8) См., например: "Чтобы не дать мошенничеству свободно развиваться, мы не должны прощать случаи обмана..." (Интервью с В. Гладковым)//www.allinsurance.ru.

*(9) Галагуза Н.Ф. "Фокусы" страхования и их полное разоблачение//Новости о страховании. 2000. 23 авг.

*(10) Фурсов Д.А. Страхование. Подготовка дела к судебному разбирательству (Пособие для судей арбитражных судов). М., 1997. С. 26.

*(11) Обзор рынка безопасности. 2001. N 8. С. 42-43.

*(12) Данные МВД за 1999 г.//Материалы Конференции по проблеме страхового мошенничества от 23 ноября 2000 г. М., 2000. С. 19.

*(13) Кувшинова О. Агенты и клиенты оформляют "развод"//Деловой Петербург. 2001. N 63.

*(14) Соболева Л. Как мошенники обманывают страховщиков//Страховая газета. Дек. 1999 - янв. 2000 г. N 2. С. 4.

*(15) О гражданско-правовых аспектах злоупотреблений клиентов в страховании жизни и от несчастных случаев см.: Жилкина М.С. Упал, очнулся: Суд!//Русский полис. 2003. N 6. С. 80-82; Жилкина М.С. Личный интерес//Русский полис. 2003. N 7. С. 74-79 и др.

*(16) Более подробно о гражданско-правовых аспектах страхования туристов см.: Нецветаев А.Г., Жилкина М.С. Собираясь в дальний путь, про страховку не забудь//Бизнес-адвокат. 1998. N 19; Жилкина М. Турист и закон//Русский полис. 2002. N 6.

*(17) Меньшикова Н. Плач страховщицы, или Кто и как зарабатывает на фиговых листках//Горячая линия. Туризм. 2001. N 1-2.

*(18) Подробнее о злоупотреблениях автовладельцев и других системных проблемах ОСАГО см.: Жилкина М.С. Вся правда об автогражданке. Часть 2//www.insuran-ceconsul-ting.ru.

*(19) www.newsru.com.

*(20) Соболева Л. Там же. С. 4.

*(21) Федоткин Д.В. Мошенничество в страховании. Что необходимо знать страхователю//www.insur.ru.

*(22) Галагуза Н.Ф., Ларичев В.Д. Преступления в страховании. М., 2000; Ларичев В.Д. Мошенничество в сфере страхования. М., 1998; Митрохин В.К. Внимание! Страховое мошенничество. М., 1995.

*(23) Более подробно о гражданско-правовых аспектах страхования имущества см.: Нецветаев А.Г., Жилкина М.С. Договор страхования имущества//Бизнес-адвокат. 1998. N 23.

*(24) Соболева Л. Там же. С. 4.

*(25) www.rinti.ru/insur.

*(26) Кувшинова О. Агенты и клиенты оформляют "развод"//Деловой Петербург. 2001. N 63.

*(27) Материалы Конференции по проблеме страхового мошенничества от 23 ноября 2000 г. М., 2000. С. 40.

*(28) См.: Змеющенко В. Садитесь, пожалуйста//Профиль. 1999. N 5.

*(29) www.romir.ru.

*(30) Шиханцов Г.Г. Юридическая психология. М., 1998.

*(31) В психологии срывом программы называют действие по пресечению манипуляции путем высказывания неожиданного ответа собеседнику. К примеру, один сотрудник предлагает другому в рабочее время: "А не пойти ли нам выпить пива?" А тот, словно не слыша вопроса, говорит: "Дай мне ведомость за прошлый месяц". Манипулятор ожидал, что коллега либо начнет оправдываться, поставив себя в позицию слабого, либо согласится выполнить его желание.

*(32) Экман П. Психология лжи. СПб., 2001. С. 59-61.

*(33) Материалы Конференции по проблеме страхового мошенничества от 23 ноября 2000 г. М., 2000. С. 34.

*(34) Кроме случаев монополистической деятельности страховщика, преследуемой как по гражданскому, так и по уголовному законодательству: ст. 178 УК РФ "Монополистические действия и ограничение конкуренции", Федеральный закон от 23 июня 1999 г. N 117-ФЗ "О защите конкуренции на рынке финансовых услуг" и др.