Дон Чемберлин
: Мортон был действительно необычным человеком. Я впервые встретился с Мортоном, когда перебрался в Калифорнию вместе с Реем Бойсом, Фрэнком Кингом, Верой Ватсон и некоторыми другими людьми в 1973 г. Это было большое вливание новых людей в среду Сан-Хосе, где велась подготовка проекта, и конечно, на проект повлияло прибытие новичков. У разных людей были разные точки зрения по поводу проекта. Термин "Йорктаунская мафия" обозначает одну из точек зрения; Мортон никогда не использовал этот термин. Отношение Мортона к вновь прибывшим, выражалось следующими словами: "Добро пожаловать в Калифорнию. Могу ли я что-нибудь сделать, чтобы Вы чувствовали себя как дома?" Поскольку не все чувствовали себя таким образом, было действительно приятно иметь рядом Мортона, который знал все ходы и выходы и помогал нам найти жилье, места для покупок и для ночных развлечений. Было очень приятно ощущать, что нас опекают старожилы. Я говорю это, хотя сам уроженец Сан-Хосе.
У Мортона была хижина в горах, которую он назвал Сириндипити (Serendipity). Как вы знаете, "серендипити" означает вид неожиданного хорошего результата. Я никогда точно не выяснял, почему хижина Мортона называлась Сириндипити, но эта хижина была очень важной вещью для Мортона и одним из тех мест, куда он просто должен был пригласить всех выходцев из Нью-Йорка, по одному за раз, на свою гору во время уикенда. Так что мы пошли туда и взяли с собой маленькую дочь, и это было прекрасное место, и Мортон действительно наслаждался, разделяя его с людьми. Мортон говорил, что у него есть муза, которая живет в Сириндипити, и как только в нашем проекте появлялась какая-нибудь техническая проблема, заставляющая всех ломать голову, Мортон должен был исчезнуть на несколько дней, отправиться на гору и посоветоваться со своей музой. Много раз он возвращался с решением проблемы. Я считал, что это замечательно. Когда Мортон исчезал, я всегда с нетерпением ждал, что он скажет по возвращению.
Можно еще заметить, что Мортон на самом деле не любил спорить, а все остальные участники проекта очень это любили [смееется], так что это делало Мортона уникумом. Много раз бывало так, что все собирались в течение целой недели и производили много шума по поводу некоторого технического вопроса, и когда приходило время уборки мусора, появлялся Мортон, который не ходил на собрания, а сидел у себя в офисе и всю неделю писал программы и имел решение проблемы. Он был очень продуктивен и быстр. Он делал очень много с минимальными затратами пыла и политической энергии.